Какие порядки в сыктывкарском СИЗО?

Не по доброй воле оказался я у тюремных стен сыктывкарского СИЗО – как и те несчастные (а то и, действительно, злыдни), по ту их сторону. Случилось это в полном соответствии с народной мудростью «от сумы и тюрьмы» не зарекаться.

09:15. 24 мая, 2014  
  
6

Не сам, так близкий тебе человечек мог оступиться на ровном месте, что и произошло. (Вспомним для примера фильм «Вокзал на двоих»). Следствие придерживалось своего суждения, а по мне так это был просто несчастный случай, нелепый, абсолютно нелогичный.

Ну да не об этом речь. Мне предстояло теперь (и предстоит дальше) поддерживать своего человека, чтобы он не пал духом, чтобы знал, что на воле его ждут и верят в него.

Да, вот и наступило времечко сушить сухари, что могло случиться с кем угодно, но только, по нашим понятиям,  не с нами. А вот поди ж ты… Сам я, конечно, сухари не сушил – нашёл на прилавках традиционной городской ярмарки. Напокупал ещё всякой снеди, тетради, авторучки, конверты, книгу сканвордов, приложил свежие газеты, добавил домашней еды, с тем и прибыл к «тюремным вратам», которыми служило небольшое помещение, вмещающее человек 20-30 (назовём его предбанником).

С первым посещением, как выяснилось в дальнейшем, мне повезло. Передачу готовила всего одна дамочка, и мне удалось проникнуть за железную дверь, за которой осуществлялось «таинство» приёма содержимого сумок и баулов, даже раньше её. Но составить опись содержимого в трёх экземплярах ещё не значило сделать полдела. Больше всего ушло времени на «отсеивание» недозволенного. Девушки по другую сторону окошка, забранного решётками, учили меня уму-разуму: вот это, мол, можно, а вот это «низзя».

Как выяснилось, нельзя передавать узникам домашнюю пищу (мало ли что можно в неё впихнуть!), конфеты в обёртке (долой её!), пачки сигарет (их надо выковыривать из пачек и помещать в прозрачный пакет). Первая моя реакция на это – чушь собачья, хотя понятно, конечно, почему заведён такой порядок: так борются здесь с наркоманами. Но всех-то зачем чистить под одну гребёнку? У нормальных людей это ничего, кроме раздражения, не вызывает.

Ещё запрет. Нельзя передавать газеты, журналы и книги. («У нас есть своя библиотека», – учительским тоном просветила меня заоконная тюремщица). Впрочем, почему запрещено это, нетрудно было догадаться и самому: в печатных изданиях легко припрятать какую-либо нежелательную для следствия информацию.

Из трёх баульчиков было одобрено содержимое только двух. Не приняли джинсы («хватит и одних»), газовый шарфик (почему, и объяснять не стали, а моя фантазия явно оказалась ущербной), из зубной щётки на батарейках последние выковыряли, потерпели потери и некоторые туалетные принадлежности…

Удручённый происшедшим, я поспешил к ожидавшему меня такси.  Конечно, логичней было бы для меня, пенсионера, приехать в Верхний Чов на автобусе. Но, во-первых, ждать его «почти неподвижности мука», во-вторых, топать от остановки с баулами с полкилометра (триста метров по шоссе и двести по отводной дороге) не каждому позволяет здоровье. Почему не организован заезд автобуса непосредственно к СИЗО, вопрос к местной власти.   Вот и обходится мне поездка на такси из города и обратно около пятисот рублей. Накладно.

Впрочем, могло быть хуже. Лет двадцать назад отводной дороги не было вообще. Руководство СИЗО обивало пороги исполкома с просьбами, чтобы помог город заасфальтировать подъездные пути. Из всех градоначальников (а в эти годы шла их нескончаемая пересменка) только братья Анатолий и Сергей  Аракчиевы отреагировали должным образом: были асфальтированы и дорога, и дворовая территория. Помогала при них местная власть и стройматериалами для различных нужд пенитенциарного учреждения. Была возведена, в частности, пристройка-тамбур к помещению, куда приносили свои передачи друзья и родственники попавших в передрягу людей.

А что же потом, при следующих первых столоначальниках? Тем уже было не до тюремных забот. Все научились искусному отфутболиванию назревших проблем, хотя касались они, в основном, жителей города. Забыли мудрое правило «не зарекаться»…

И зря. Возможно, по крайней мере, один из тех бывших первых лиц, а именно Роман Зенищев, сейчас и кусает локоток по этому поводу: пришлось воочию, лично, познать вкус тюремной баланды и полный спектр проблематики учреждения с пышным названием. Не зарекайся, брат.   

За первым впечатлением последовали другие, не столь безобидные.  Как показало время, у сидельцев друзей и родственников по эту сторону забора так много, что выбрать время, чтобы не чахнуть в ожидании часами, просто невозможно. Особенно удручает организация процедуры обмена вещей. Делается это раз в неделю и в очень неудобное время для работающих. В первый свой приезд я так и не дождался этой процедуры: прождав два часа, пришлось возвращаться ни с чем. Потом узнал, в чём причина такой волокиты. Самая банальная – сокращение штатов: было в службе, занимавшейся этим делом, шесть человек, стало четыре.

Чем ещё недовольны люди, свидетельствуют записи в книге предложений, находящейся в приёмной (предбаннике) СИЗО. Читаем:

«Надо организовать приём передач более интенсивный. Получается: целый день отсидишь, а приходится возвращаться с баулами обратно».

«Убедительная просьба решить вопрос об остановке автобуса. В Сыктывкаре давно распланировали автобусы по другим маршрутам, удобные для людей. СИЗО-1 существует много лет, и людям с большими баулами очень трудно добираться до СИЗО. Очень много людей, недовольных этим».

«Уважаемая администрация! Сделайте, пожалуйста, интернет-магазин. Ведь столько работы и времени будет сэкономлено! Не нужно будет нам ждать часами приёма передач. А вам нервничать из-за большого потока людей».

Эти записи я переписал в свой блокнот, чтобы продемонстрировать общую проблематику, связанную с обслуживанием посетителей приёмной СИЗО. К названному следует добавить такую свербящую «болячку», как отсутствие утеплённого туалета, что особенно ощутимо зимой. По свидетельству руководства СИЗО, эту задачку без помощи городских властей не решить.  Как это сделать, ни в учреждении, ни в мэрии не имеют понятия. Но ведь надо! Не допускать же, в самом деле, городских чиновников к власти, чтобы они смогли прочувствовать проблему в полной мере, лишь после отсидки на тюремных нарах!

Листая упомянутую книгу предложений (скажу прямо – чтобы не плевать в потолок в ожидании своей очереди к ненавистной железной двери), я обратил внимание на наличие рядом с записями измученных людей ремарок от администрации грозного учреждения. Написано, к примеру: «т. Ерьховец, т. Трефяк (почерк неразборчив, возможны неточности). Необходимо разъяснить (там-то и там-то). Информацию разместить на стенде». И подпись – А.Ашаев.

Вот это да, это же не что иное, как реакция руководства  «тюряги» на чаяния жалобщиков! Неудивительно было бы увидеть такую заботу в 70-80-е годы прошлого века, но сейчас-то на дворе век пофигизма, неужели в пенитенциарной (придумали же термин!) заведомо для обывателя зачуханной системе кто-то обернулся лицом к людям?!  Как оказалось, да.  Как-то я в приёмной возмутился вслух ожиданием, и мне посоветовали позвонить начальнику СИЗО, тому самому А.Ашаеву, по телефону, установленному в тамбуре предбанника.  Действительно, телефон работал, и Ашаев ответил. Больше того, сразу помог решить вопрос, который меня волновал.

Странно получается. С одной стороны, проблемы, не решаемые годами, с другой – реальное наличие обратной связи администрации с посетителями и даже заботы о них. Несомненно, это самое наличие и позволило сыктывкарскому СИЗО стать одним из лучших в России (по крайней мере, числиться в двадцатке первых).

Что касается нерешаемого, то мне, например, неизвестна ни одна сфера нашей жизни, устройство которой было бы идеальным. Ведь и сидящие по разные стороны тюремных запоров тоже не сплошь там злодеи, а здесь ангелы. Иначе чего бы так плотно набиваться людьми помещению, которое стал вынужден посещать и я?  Кто может поручиться, скажем, за Елену  Клык, с которой мы как бы в одной команде, но, судя по её записи в упомянутой книге, лишь совсем ненадолго. Запись такая (привожу как написано):

«…почистите крыльцо скользко ноги можно сломать вследующий раз  приеду разнесу ваше бунгало» Всё, ни точки, ни запятой, ни восклицательного знака. Буднично, как зевок, и вправду ведь приедет и всё разнесёт. И очутится по ту сторону. Уже не она, а ей станут носить передачи. Ну чего зарекаться-то, в самом деле!

Поделиться в соцсетях

guest
6 комментариев
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
Пока здесь, но не заркаюсь
Пока здесь, но не заркаюсь
24.05.2014 17:18

Дожили, сортир построить стало проблемой!
Крыльцо почистить без пинка в попу не могут!

В.Пыстину
В.Пыстину
24.05.2014 23:16

следователи приезжая работать в СИЗО ждут по 2-3 часа – когда освободятся следственные кабинеты, и все об этом молчат…

Stas
Stas
24.05.2014 23:34

Как поэтично! Тебе бы сценарии к хорерам писать, когда ну ничегошеньки не происходит, а страшно – то ли от гнетущего настроения, то ли от ожидания беды. Даже картинка как нельзя соответствует идеологической истирии которой пронизана статья- только вот людей которые на это купятся не много – на фото окна ИВС… Читать далее »

МеРзак
МеРзак
22.01.2016 13:50
Reply to  Stas

Полностью поддерживаю мнение Stasa о статье и его авторе, являющегося, кстати, членом “Мемориала”, признанного объективным решением суда иностранным агентом

Пенсионер
Пенсионер
25.05.2014 07:57

Прокуратура защитите меня от таких защитников, переведите СИЗО из Сыктывкара, куда ни будь под Воркуту

за компанию
за компанию
25.05.2014 12:06

Получается если кто за решеткой, то типа и должен нести мытарства (хоть это еще только СИЗО, заметьте). А те, кто к сидельцам ездит, добропорядочные граждане, так сказать, их за что мытарят? За компанию?