Откровения от бунтаря

Иконописец Герман Тонков открыл душу журналисту "Красного знамени"

Автор:   
13:03. 17 декабря, 2011  
  
0
Три года назад ведущий в мире специалист по русской иконописи, профессор культурологии из Дании Анника Витхамар издала плод своих многолетних трудов – «Энциклопедию русской иконы». 
 
 
В один ряд с древними, бесценными культурными и художественными раритетами попали две работы нашего художника Германа Тонкова. И неспроста. До этого именно о Тонкове в научном труде Российской академии художеств «Иконописание в России второй половины XX века» говорится как о новаторе этого вида искусства.
 
Раньше было как написано: «Иконы нужно писать не как нужно, а как должно». Почувствуй разницу. Это очень важно. Если не в силе Бог, а в правде, то я и делаю эту правду так, как вижу.
Герман Тонков.
 

Странная величина

Принёс как-то один предприниматель сейф для ружья и говорит: «Сделай мне на дверце картину. Чтобы вот тут медведь из берлоги вылезал, а охотник бьёт его топором. Чтобы кровища кругом!» «Я тебе это делать не буду. Давай, сделаю красиво – в японском стиле – не просто дверцу, а весь сейф: соколиная охота, природа. Будет драгоценная шкатулка, которую и подарить нестыдно». Объяснил ему всё, я ведь тогда уже начал иконы писать. А он: «Тебе что, тридцать штук «зелёных» лишние? Давай, не ломайся!» Выставил я его и ни минуты не жалел.
 
Не веришь? Честное слово! Ведь эти тридцать штук так по-чёрному мою душу бы исказили, что никакими деньгами не измеришь. Художник – это такая величина… Не может человек сам себя предать. Не хочу я писать сцену убийства – и не буду. Что бы ни платили, я знаю, что расплачусь гораздо дороже. Были случаи, были прецеденты…
 
 

Знаки судьбы

 
Я учился в Холуежском училище (холуй здесь – рыболовецкий плетень, снасть – ред.) на художника лаковой миниатюры. Таких четыре всего: Палех, Мещура, Федоскино и наше. Но вся техника там иконописная. Поэтому мы изучали всё, что связано с иконами.
 
Меня всё время бесило, что мы эту драгоценную технику использовали на всякую ерунду: «Орлёнок», «Изба-читальня», «Марш-бросок командарма Щорса». Тогда я организовал первую нашу экскурсию по церквям. И обалдел: «Вот для чего вся эта красота придумана!» 
 
Правда, для диплома взял всё же стандартный сюжет «Конная армия». Но подал его в такой… сюрреалистической манере. Гляжу: весь наш курс пишет по моему примеру эту самую «армию». Видимо, авторитет сработал. Я ведь уже тогда всякие премии получал в Осаке, в Монреале…
 
Тогда, за месяц до сдачи, придумал другую тему – «Северная песня»: сельский храм, Кижи и три девушки в северных нарядах. Старался, подбирал очень сложные цвета, хотя на севере никогда и не бывал. Теперь вот уж тридцать лет здесь живу… Такой вот знак получился непонятный.
 
Тема прошла на ура, её рекомендовали в тираж, а я уехал в армию. Потом мне ребята написали, что тему украл учитель, но это другая история.
 
А вообще судьбу мою определила бабушка. Вопреки воле родителей, на восьмой день от рождения, она, как по Святцам и положено, нарекла меня Германом. И оказалось, что в тот же день именины ещё и у Сергия. И оба они – отцы-основатели Валаамского монастыря. Так что бабушка меня, можно сказать, зашифровала… Я ведь Герман Сергеевич.
 
А иконописец пишет не воду, не людей и не… дома. Икона с греческого – образ. Вот мы и пишем образы. И человек не иконе молится, но – первообразу. Иначе мы были бы язычниками, поклоняющимися деревяшкам. Кстати, недалеко ушли, если таскаем к образам свечки «на дорожку», «за победу», «от подагры»…
 
 

О татарах, ментах и архитектуре 

Если в  икону попала душа – пиши пропало! Одна такая «иконописка» (Господи прости!) говорила в каком-то интервью: «Вот  мои иконушки!»… «Иконушки», – это так оскорбительно! Как… блины! «Блинушки!»… «Ах ты мой крестушко, мой псалтырюшко…» Это ж так страшно!
 
Как-то один ученик обратился к йогу за учением. Учитель окунул его в воду головой и держал, пока тот не начал задыхаться. Барахтался, барахтался, из сил выбился, и только в последний момент его отпустили. «Зачем, учитель?» «А вот когда ты в йогу будешь рваться так, как сейчас рвался на воздух, тогда – берись».
 
С иконописью – то же самое. К слову, если б я заранее знал, что меня на этом пути ждёт… Наверное бы, отказался. Раньше я неплохо зарабатывал в дизайне. Был востребован в своей нише. И «по жизни» меня это вполне устраивало. А сейчас копнул: уже и назад нельзя. Всё уже – стал на путь служения. Хочешь-не хочешь – буду тянуть лямку.
 
Были когда-то и хорошие заказы, особенно – по дизайну. Помню, оформлял детскую библиотеку в Усинске. Там была роспись квадратов на сто… Ну я и предложил историческую панораму Руси: скоморохи, быт, война. Чтоб знали дети, где живут. По самому верху пустил татаро-монгол, Куликово поле. В партбюро мялись, мялись и попросили их кем-нибудь заменить: «В Усинске 70% населения – татары». Ну это я заменил… на крестоносцев. Но в центре у меня сама собой возникла Богородица с младенцем. Опять – скандал. Но тут уж я упёрся. Получилось, что выменял Богородицу на монгольское иго. Теперь туда всех иностранцев водят.
 
Был ещё солидный проект – зал коллегии МВД. Там одна люстра многофункциональная – на половину потолка. И стена хорошая попалась под роспись. Что сделать? Я решил сделать квинтэссенцию северной земли: олени, мать с дитём, тайга… «А где ж тут милиционеры?» – спрашивают. «А кто ж в коровнике рисует коров? – отвечаю. – Вот будете под Новый год танцевать: в зале менты, на стенке – менты. Куда ж бедным дамам деваться?» Впервые тема прошла без всяких обид. Меня поняли правильно. Там было нарисовано то, ради чего они трудятся, что защищают.
 
Сейчас все упёрлись в евроремонт… Хотя в Москве проекты «из компьютера» уже не принимают. Каждый хочет авторского подхода, ручной работы. Чтобы чувствовался художник. У нас к этому пока не подошли. Кто такой дизайнер в Сыктывкаре? Это тот, кто исправляет ошибки архитекторов. Я всем нашим архитекторам всегда повторяю: «Не архитекторы вы, а застройщики!» Привыкли, не обижаются. Все понимают, что превратили город в какое-то уродство, за которое когда-нибудь всё равно будет стыдно. Правда, ссылаются на заказчиков, на деньги…
 
 

Мягкая рука патриарха 

Икона – не иллюстрация к Священному Писанию, это – философский трактат. Вот у меня руки распятого Иисуса не в кресте, как писали до сих пор, но кисти выходят за его пределы. Чтобы на такое изображение решиться, надо многое пережить и прочувствовать. Пусть каждый понимает это по-своему, но в этих руках есть вопрос ко всем. И кровь на запястьях – не просто кровь, но альфа и омега. И центурион не просто так «вышагнул» за рамку иконы. Тайных знаков и вопросов много в самом Писании, и каждый должен не просто тупо следовать за догмами, но хотя бы попытаться самостоятельно найти их разгадки. Иначе грош цена такой слепой вере. Не может мёртвый камень Закона даровать жизнь вечную.
 
Когда Сыктывкар посетил наш патриарх Алексий II, мне удалось сподобиться и представить ему свою икону Святого Стефана Пермского. В кабинете тогдашнего Главы РК Юрия Спиридонова специалисты вместе с патриархом работу изучили и одобрили. А на закладке Собора Стефана Пермского Алексий икону освятил и назначил её храмовой для нового Собора. Меня  он благословил на служение… До сих пор чувствую его руку – мягкую, как шёлк.
 
Но вот ведь парадокс! Патриарха ослушались и задвинули икону в самый дальний угол епархии. Я догадываюсь о причинах, поскольку самое активное участие в судьбе иконы принимали Лев Смоленцев, Юрий Спиридонов, Иван Кулаков. Кстати, без них бы и самого Собора, скорей всего, не было сегодня. Но вот удалось нашей епархии напрочь рассориться со Львом Смоленцевым, вплоть до постыдного судебного разбирательства. Заодно и меня задвинули: «Слишком умный».
 
Дело, конечно, не во мне. Я знаю, что официальной церкви в сегодняшнем её состоянии я не помощник. Но ведь и с Собором постоянно какие-то аварии случаются, да и авторитет епархии в Коми нельзя назвать… 
серьёзным. Ведь что меня поразило, когда я сюда приехал: столько умных людей в одном месте я просто не встречал. Здесь только одни потомки репрессированных и вынужденных переселенцев уже составляют настоящий цвет нации. Разве могут они серьёзно относиться к пастырю, просто и примитивно исполняющему Закон Божий? Один запрет на «Сказку о попе и работнике его Балде» дорогого стоит!
 
Внимательный читатель и по этой публикации может составить мнение о темах и вопросах, волнующих художника сегодня. 
 
А мы? О чём задумаемся и что скажем мы?
 
 

Наша справка

Герман Сергеевич Тонков родился 3 июля 1950 года в Ивановской области. Окончил училище лаковой миниатюры в с. Холуй. Это старинное русское село в  прошлом славилось своими мастерами-иконописцами и было, наряду с Палехом и Мстерой, одним из крупнейших центров иконописания в Российской империи. С 1973 г. Герман Тонков живёт в Сыктывкаре.
Поделиться в соцсетях

guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments