В джунглях свободы (ФОТО)

Корреспондент «Красного знамени» вернулся из США

14:52. 16 декабря, 2012  
  
2
Впервые за океаном и притом целый месяц – это незабываемый опыт. Планируя отпуск, я рассуждал так: когда ещё представится подобная возможность, и рационально ли лететь через Атлантику на неделю-другую? Да и по правде сказать, на изучение одного Нью-Йорка и месяца мало, а мне удалось проникнуть на юг страны – до Нового Орлеана и на север – до Бостона. 
 

Мудрость и презрение

С сентября этого года вступили в действия новые правила выдачи американских виз россиянам. Теперь нужно поистине умудриться, чтобы вам отказали в визе. Американцы поступают гораздо мудрее по отношению к рядовым россиянам, чем европейцы. Даром, что фраза «Не надо бороться с Путиным, отмените для россиян визы!» вылетела из уст европарламентария. 
 
Доплатите 20 долларов (к консульскому сбору почти в 6000 рублей) – получите трёхлетнюю мультивизу. Отвечайте «Нет» на все каверзные вопросы в анкете и в посольстве, и Добро пожаловать в Юнайтед Стэйтс!
 
 
Есть приятная мелочь в логистике авиапутешествия от Сыктывкара до Нью-Йорка. Прибыв в Шереметьево около 9.40 на терминал D, всего через пять часов вы отбудете в Штаты с того же терминала. Самолёт (Airbus A330) преодолевает около 7500 км за 9,5 часа.
 
В разноязыкой очереди на паспортный контроль а аэропорту имени Джона Кеннеди я провёл не менее часа. Офицер поинтересовался, сколько времени я собираюсь провести в США, и, услышав: «Один месяц», спросил, сколько у меня денег. По окончании разговора он отшвырнул от себя мой паспорт, как мне показалось, с нескрываемым презрением. 
 

Сэндиниста 

Накануне пришествия урагана «Сэнди», 29 октября (стихия прошла над Нью-Йорком в ночь на 30-е), центр города почти опустел. Бледнолицые попрятались в своих лофтах, вняв мольбе заместителя мэра («Побудьте с семьёй, почитайте книгу…»). Многие магазины, кафе и рестораны тоже решили не рисковать здоровьем персонала. Рисковали персоналом лишь телеканалы, зачем-то посылавшие репортёров в самое пекло. Всё, чем могли эти бедняги там заниматься, – это комментировать картинку, в комментариях не нуждавшуюся. 
 
На следующий день я вышел на ближайшее – 8-е – авеню и скоро оказался на месте туристического аттракциона. У одного из старых зданий ночью обрушился фасад, и семейство ожиревших англичан радостно фотографировалось на фоне чужого ущерба. Вечером я узнал, что в том доме никто не погиб.
 
 
В течение четырёх дней пол-Манхэттена, с юга до 33-й улицы, были в блэкауте. Ни света, ни тепла, ни горячей воды. Закрылось метро.
 
В один из этих «чёрных» дней, гуляя, дошёл в восточном направлении почти до Ист-Ривер. На Первой авеню, недалеко от здания ООН, расположен госпиталь «Bellevue». Через дорогу от главного фасада больницы расположились сразу несколько телевизионных групп. Я решил было, что репортёры волнуются, как там пациенты – без самого элементарного. Но среди зевак оказалась журналистка из Германии Катя, она рассказала: «Ураган лишь обострил положение старой, давно не модернизировавшейся больницы».
 
Немыслимо, но в Нью-Йорке не состоялся традиционный парад на Хэллоуин! Вечером 31 октября по стритам и авеню малыми группами и поодиночке разбредались по домам грустные вампиры и прочая нечисть. А я купил у китайца на перекрёстке фонарик за три доллара.
 
 
На следующий вечер увидел подтверждение прогноза о росте числа самоубийств. Угол Бродвея и 27-й улицы оцепили полицейские. В центре мизансцены – нечто, накрытое белой простынёй. Одна дама объяснила: «Кто-то выпал из окна и погиб»… Даже тут нашёлся один, вытащивший i-Phone и сделавший снимок. 
 
 
С последствиями визита «Сэнди» горожанам помогали разбираться армейские подразделения. Как только стихия пронеслась, в город вновь вернулось бабье лето. 
 
 

Ужас миллиардеров 

Как-то, гуляя по Пятой авеню, увидел вывеску: «Russian bookstore»*… В помещении на втором этаже без окон нащлось всё – от монографии Бенедикта Сарнова о Солженицыне до книг А. Марининой. Хозяйка магазина – архетип преподавателя русского языка и литературы в советской школе.
 
Дело было накануне выборов. «Ромни», – однозначно ответила училка на мой вопрос и отказалась от дальнейших комментариев, так как «далека от политики». На замечание о явном противоречии самой себе училка раскололась: «Ну, надо же с ЭТИМ что-то делать!» Выяснять, с чем «этим», было бессмысленно. Ясно, что дама, возомнившая себя сливками общества оттого, что арендовала каморку на Пятой, далека как от политики, так и от логики.
 
 
Чтобы пользоваться интернетом в более приятных, чем в хостеле, условиях, я стал ходить в итальянский бар на соседней 19-й улице, который тоже предоставлял бесплатный вай-фай, но где не было оравы японцев с ай-фонами.
 
Бармен по имени Адам, круглолицый и словоохотливый уроженец Среднего Запада, из тех людей, кто не только легко поддержит любой разговор, но и по любой проблеме выскажет собственную, порой парадоксальною точку зрения. Пожалуй, бармен – идеальная для таких людей профессия, и, когда Адам говорил, меня не покидала мысль, что передо мной по-настоящему счастливый человек. 
 
 
Поздно вечером 6 ноября я в последний раз (накануне переезда в Верхний Вестсайд) зашёл к Адаму выпить бокал вина и помониторить вести с Родины. Рассказал американцу, что проштрафившийся мэр у нас может стать министром, а потом мы принялись обсуждать итоги их выборов. По мнению бармена, система виртуальных выборщиков, «представляющих» каждый штат и численно пропорциональных его населению, устарела. В качестве доказательства Адам привёл известный казус 2000 года, когда проигравший кандидат в президенты Гор набрал большее, чем Буш-младший, количество голосов реальных избирателей.
 
Потом Адам начал перечислять, как обычно голосует и сколько выборщиков выставляет каждый штат, и я задал вопрос, на который не мог найти устраивающий меня ответ: «Может, ты мне объяснишь, почему чёрная Луизиана голосовала за Ромни?» Этому вопросу Адам нисколько не удивился. По его мнению, «малоимущие всегда голосуют против собственных интересов». Он продолжил: «Человек недалёкий как обычно рассуждает? Мне предлагают что-то очень соблазнительное (например, недорогую медстраховку)?.. В этом наверняка какой-то подвох. А кто предлагает? Свой?! Ну, конечно, меня хотят провести!» 
 
Когда я показал Адаму открытый сайт «Красного знамени», он сразу опознал кириллический шрифт, в каком-то радостном удивлении спросил: «Ты русский?..» и несколько позже со значением в голосе сообщил, что один из его лучших друзей – русский, а другой – грузин.   
 
 
По выражению одного телеобозревателя, вечер 6 ноября стал «ужасным для миллиардеров», а утром 7-го продемократические СМИ захлёбывались в восторге: «Барака Обама – первый со времени Франклина Рузвельта президент-демократ, переизбранный на второй срок большинством, превысившим 60 процентов проголосовавших». Любопытной статистикой стали для меня и такие цифры: за Обаму отдали голоса чуть менее 40 процентов белых и примерно по 70 процентов – афро – и латиноамериканцы и женщины.
 
 
Ни накануне, ни в день президентских выборов не наблюдалось сколь-нибудь значительного оживления на улицах. Признаться, утром 6-го я даже не сразу вспомнил, что за день наступил. Но вечером, гуляя по богемно-артистической Гринвич-Виллидж, я наткнулся на очередь, протянувшуюся от избирательного участка почти на квартал. Спустя час-полтора, возвращаясь той же дорогой, обнаружил, что очередь выросла ещё вдвое.   
 

Город разноцветных дьяволят

В известном и очень скучном эссе Горького «Город Жёлтого Дьявола» (1906) навязчиво повторяется мысль о том, что буквально всё в Нью-Йорке дышит жаждой наживы. Было бы любопытно поместить «Буревестника революции» на день в современную Москву, а потом запереть в комнате с кучей бумаги и перьев. На обратном пути я провёл в Первопрестольной пять часов, в течение которых потратил не менее трёх тысяч рублей. В Нью-Йорке бывали дни, когда я обходился 40 долларами.
 
 
О Нью-Йорке можно говорить бесконечно. Этот город сразу и беспощадно обрушивается на вас всей своей громадой. При этом вовсе не возникает ощущения, что вас хотят раздавить. Скорее – очаровать и вовлечь в круговорот событий, уличных сцен и мимолётных встреч, мелькающих, как в видеоклипе. Город задаёт темп, но любой из горожан всегда найдёт минуту, чтобы помочь иностранцу сориентироваться, а то и охотно перекинется с ним несколькими фразами. 
 
 
Здесь даже погода меняется молниеносно и непредсказуемо. Представьте себе, что ураган сменяется почти августовской погодой; ещё вчера была тёплая осень, а сегодня вдруг повалил снег, да так, что срочно бежишь за зимней обувью… Гляжу наутро в окно – ясно и сухо, купленные накануне сапоги не нужны.
 
Выйдите вечером на Пятую авеню или Бродвей – кого только не встретите! Довольно много межрасовых пар, а стареющие геи с гордым видом выгуливают своих молоденьких китайцев. 
 
Этот город говорит, кричит, шепчет, поёт и ругается на всех существующих языках. Не реже английского в этом многоголосье слышен испанский. Вывески на вокзалах и в других общественных местах уже двуязычные. Не исключено, что в обозримом будущем добавится третий язык – китайский. 
 
Когда слышишь русский, сначала кажется, что «едет крыша», потом бешено вращаешь головой в поисках источника родной речи. Потом перестаёшь обращать внимание. 
 
 
Нью-Йорк – город разноцветных и разноязыких дьяволят. В этих джунглях свободы (выражение одного из наших писателей-эмигрантов) можно жить, лишь заперев предрассудки в самый дальний чулан и быстренько выкинув ключ. Даже мысль о том, что где-то в мире может бытовать ксенофобия, воспринимается здесь как пещерная дикость. Вот и стоят в огромной очереди к избирательным урнам – есть убеждения и готовность их отстаивать. 
 

Бостонское чаепитие

Бостон – это полная противоположность Нового Орлеана, который я посетил в самом начале пребывания в Штатах. Противоположность не только географическая. Колыбель государственности США до сих пор остаётся преимущественно городом потомственных белых американцев, несмотря на множество уже и здесь обосновавшихся мексиканцев.
 
 
От Нью-Йорка до Бостона – четыре часа на автобусе, и как будто попадаешь в другую страну. Город относительно небольшой, уютный, красивый и довольно скучный. Здесь сразу ощущается чопорность, которую WASPы** унаследовали от своих британских предков. Всё выверено, рационально, ПРАВИЛЬНО. Ни нью-йоркского драйва с привкусом порочности, ни южной избыточности. Может быть, поэтому в Бостоне я чаще всего пил… чай либо какао в кофейнях «Starbucks».  
 
В башне «Prudential», с которой можно обозреть круговую панораму города с высоты птичьего полёта, развёрнута экспозиция с десятками портретов местных знаменитостей – от еретички, отвергнутой общиной в XVII веке, до хоккеистов и баскетболистов, от самого известного выпускника Гарварда Джона Кеннеди до создателя Facebook Марка Цукерберга, также здесь учившегося. Любопытно, что сам университет расположен в районе под названием Кембридж. 
 
 
В том, что несколько улиц старой части города по-прежнему освещаются газовыми фонарями, я тоже увидел скорее ностальгию по старым добрым временам, нежели стремление сохранить материальное наследие. В общем, Бостон буржуазен, консервативен и предсказуем. Но для меня главным было не это.
 
 
Я спланировал поездку так, чтобы увидеть в Бостоне поистине антикварную английскую рок-группу The Who, а два дня спустя другую живую легенду – Боба Дилана, которому минувшей весной исполнился 71 год. Кроме того, перед выступлением Дилана полноценный часовой концерт дал Марк Нопфлер.  
 
 

Советская Америка

В один из ясных ноябрьских дней я спустился в метро на 86-й улице и отправился через весь город на самый его юг – Брайтон Бич. Парадоксальным образом здесь сохранился малюсенький осколок того, на борьбу с чем ушли десятилетия и триллионы долларов, а именно – Советского Союза. Назвать Брайтон «русским» было бы неточно и некорректно по отношению к живущим здесь евреям, украинцам, узбекам и представителям многих других народов советской Атлантиды. Именно те, кто эмигрировал не из России, а из СССР, до сих пор составляют костяк обитателей Брайтон Бич.
 
 
Забавно, выходя из нью-йоркской подземки, наткнуться на вывеску «Водогрязелечебница». А как вам такой оборот: «Мы имеем продукты из России по низким ценам»?..
 
 
Обозрев «наш» микрорайон, где кварталы циклопических многоэтажек и впрямь напоминают спальные районы Москвы, зашёл в первое попавшееся кафе. Оказалось – узбекское. С удовольствием съел ароматную, наваристую шурпу и дымящиеся манты. Заплатил 13 долларов.
 
 
Потом пошёл прогуляться на сам «бич» – пляж с дощатой набережной. Уже выходя обратно на авеню и собираясь покинуть Брайтон, вдруг услышал: «Сэндвич?.. Хотите сэндвич?» О чём-то задумавшись, я не заметил, как приблизился к группе военных. Это они, хитровато улыбаясь, предлагали мне безвозмездный паёк. Отказавшись, я сделал фотоснимок, который разглядел позже. На снимке – местные жители, выстроившиеся за гуманитарной помощью от Пентагона. Очередь смотрит аккурат под знак «Dead end» («Тупик»). 
 
 
Я далёк от какого бы то ни было морализаторства и считаю, что человек может жить везде, где есть воздух и вода. И, тем не менее, что-то бесконечно печальное открылось вдруг, когда, удаляясь от набережной, я обогнал двух немолодых, хорошо одетых евреек, жаловавшихся друг другу на ураган и торопливо откусывавших от бесплатных сэндвичей – дара американской армии. 
 
*«Магазин русской книги» 
**WASP (White Anglo-Saxon Protestant) – 100-процентный 
белый американец

 

Поделиться в соцсетях

avatar
1000
2 Comment threads
0 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
0 Comment authors
Андрей СавиновСевер Recent comment authors
новые старые популярные
Север
Гость
Север

Слово “нащлось” пишется с буквой “ш” мистер Казанцев. Да уж, разглядывать прогуливающихся престарелых педерастов – это очень романтично и познавательно!

Андрей Савинов
Гость
Андрей Савинов

Спасибо. Очень понравилось. Твитанул.