Как стать вампиром в домашних условиях

Интернет – как загробная жизнь: оттуда не возвращаются

11:24. 11 мая, 2014  
  
0
Самое интересное в моей жизни происходило в темноте. Когда гасли люстры и в поселковом клубе начинались сеансы.
 
«Орешек знаний твёрд, но всё же мы не привыкли отступать. Нам расколоть его поможет киножурнал «Хочу всё знать!»
На экране возникал бравый мультяшный молотобоец, и орех с грохотом раскалывался. Хорошо помню весёлое оживление в зале. Радовались все – и мелюзга в резиновых ботиках, и авторитетные пацаны. Что может быть притягательнее чистого знания, его бессмысленной красоты?
 
Любопытство – вот самое бескорыстное чувство на свете. Оно не требует ничего – ни ответного порыва, ни ласки, ни благодарности

«Укройся пледом, дедушка!»

Это сегодня я легкомысленный, развязный старик с шаловливой печенью. А ведь когда-то был совсем другим – серьёзным, вдумчивым пионером-эмпириком, натуралистом и следопытом. Из того пацанского поколения, что не верило на слово даже Чарльзу Дарвину. Все приходилось проверять лабораторным путём, с помощью набора «Юный химик».
 
Мы вели наблюдения, строили графики и обменивались чертежами из «Моделиста-конструктора». Любили взбалтывать, смешивать и взрывать. Обожали запах бензина, пороха, канифоли. И, конечно, зачитывались журналом «Техника – молодёжи».
 
А самые продвинутые, купаясь в лучах славы, пересказывали на переменках «взрослые» статьи из «Науки и жизни». И наши первые девочки, хлопая ресницами, внимали этим диким, сумбурным речам. И влюблялись в нас за чужие мысли, украденные слова, грубо перевранные цитаты. Этого было достаточно, чтобы покорить трепетное сердце пионерки-отличницы.
 
Сам я, правда, закончил школу без малейшей медали, хотя бы и деревянной. Зато – честно, безо всяких там Гуглов и «Википедий». Каждую «тройку» заслужил каторжным десятилетним трудом. Ибо, как напутствовал нас директор школы: «Даже в тюрьме, ребята, вам пригодится среднее образование!»
 
И оно пригодилось. Потому что в нашей советской жизни не было таких опций – «скачать» и «копировать». Вот и в универе чужие конспекты приходилось переписывать от руки. И, разбирая скоропись всё тех же девочек-отличниц, шевелить мозгами. То есть невольно – вникать. Многое из переписанного намертво застряло в голове. Я, например, до сих пор знаю, что такое дизъюнкция, хуруфизм и Фридрих Шлейермахер, чем тайно горжусь. Хотя пока это ни разу не пригодилось.
 
Бумажных носителей в ту пору хватало с избытком, но истинные знания залегали глубоко и криво, как угольные пласты в воркутинских шахтах. И самую ценную информацию нужно было искать, добывать, извлекать. А потом ещё и просеивать словесную руду в режиме обогатительной фабрики.
 
По воскресеньям, с дикого бодуна, наш брат-студент отправлялся в публичную библиотеку. И строгая, монастырского вида женщина у стойки (книгохранилища) заставляла нас заполнять какие-то странные бланки и карточки. С утра, вместо пива, это было морально тяжело…
 
В «стране знаний» я чувствовал себя как разведчик на оккупированной территории. Незнакомые, враждебные с виду тексты приходилось запоминать огромными кусками. Мысленно фотографировать сухие таблицы и хвостатые диаграммы. Фиксировать имена, фамилии, даты, оттачивая мнемотехнику. В те доксероксные времена, в постоянной борьбе молодого интеллекта с дешёвым портвейном, ничто так не ценилось, как хорошая, цепкая память. Выручавшая даже в страшную, глухую ночь накануне экзамена…
 
Конечно, требовались и навыки скорочтения. Потому что Пикуля тебе давали на сутки, Солженицына (косясь по сторонам) – на день, а Булгакова – на одну ночь. (Клянусь, то была лучшая ночь в моей жизни – лихорадочная, фантастическая!).
 
«И не смей ничего подчеркивать, сволочь!» – говорили владельцы книг с таким апломбом, будто сами их написали. А ведь хотелось именно – подчеркивать. Оставляя интимный след обладания. И раскрывать вожделенные страницы когда захочешь, а не когда дают (вечное противоречие тревожной молодости!). Тем более что хотелось почти всегда.
 
Когда-нибудь, думалось мне, глубокой осенью патриарха наступят тихие благодарные дни. И в окружении почтительных внуков («Укройся пледом, дедушка!») я буду иметь прощальный успех. И бледные отроки, жадно внимая моим последним сентенциям («Вы бы записывали, идиоты!»), воскликнут: «Какой могучий старик, какая кладезь! Он даже знает, кто такой Фридрих Шлейермахер!»
 
Но эти сладкие мечты, как это не раз бывало в нашей истории, перечеркнула революция. На сей раз – информационная.

Отцы и дети – в интернете

Революция снова пришла с Запада, откуда на нас сваливается всё плохое. Если русские изобрели такую полезную и в сущности безобидную вещь как радио, то «всемирную паутину» разработали в Америке – в недрах секретных лабораторий.
Я и сам об этом смутно догадывался. А недавно и Путин наконец подтвердил, что интернет – это дело рук ЦРУ. Вредительский проект, призванный уничтожить нашу великую духовность. Порвать связь времён, расскрепить вековые скрепы.
 
От себя я бы добавил: интернет разрушает здоровую российскую семью как ячейку общества. Благодаря проискам врагов, создавших глобальную информационную сеть, знания, носителями которых являются старшие поколения, мгновенно обесценились.
 
Мы теперь стали банкротами! Нам нечем больше похвастаться – ни перед девушками, ни перед внуками. Все, что мы накопили за много лет, можно уместить на одной маленькой флешке (ещё и место останется!) или скачать за пару минут, используя гнусную, хищную «паутину».
 
Кроха-сын больше не приходит к отцу с распахнутыми глазами. Не лепечет из манной каши, задавая трогательно-идиотские вопросы. Не кривляется, изображая маленького Ежи Леца: «Откуда ветер знает, куда ему дуть?» Не спрашивает, кто сильнее – черепаха или кролик, мотоцикл или шимпанзе.
 
В школе нынешний паренёк учится тайно и молча. И свою первую «двойку» по физике объясняет с рассеянностью юного гения: «Ну не понимаю я эту химию!»
 
А когда мальчонка запишется в каратэ, спорить с ним станет трудно. Чтобы он от избытка сил не переломал в доме мебель, его придётся отдать в интернет. И ребёнок будет расти сиротой при живых родителях.
 
Папу давно уже заменил Гугл, маму – Википедия. А мимолётное общение с родной бабушкой заканчивается поисковым запросом «Старческие маразмы».
 
Этим соплякам-каратистам не нужны наши расплывчатая приблизительность и жалкие паузы: «Погоди, сынок, дай вспомнить…» Одним кликом мышки они получают точный ответ. Даже не успев толком сформулировать сам вопрос.
 
Глава семейства превратился в кассу, которая «справок не даёт» (исключительно – деньги). Папа не выдержал конкуренции с поисковыми системами. Его авторитет падает с каждым днём. Поэтому строгое замечание угреватому отпрыску-нигилисту «Не смей брать из холодильника моё пиво, пока не сделаешь уроки!» – воспринимается с отвратительным сарказмом.
 
Ах, глупые детёныши, я бы с вами поговорил… Отключите свои гадкие гаджеты – и я вас интеллектуально размажу! Сконцентрируюсь и выдам что-нибудь афористичное типа: «Без труда хотите выловить рыбку из Гугла? Но всё, что даётся человеку легко, ему не принадлежит. Поверхностные знания выветриваются из головы, как слабый алкоголь. Они не создают затейливых узелков – устойчивых нейронных связей. Разрозненные факты – всего лишь информационный мусор. А ведь из этих песчинок информационного океана могут рождаться жемчужины истины. Но только, если пропустить их через себя, раскрыв перламутровые створки трепетной, нежной души…»
 
Про «створки» – это, конечно, красиво. Но, во-первых, слово «перламутровые» мне даётся с трудом. А во-вторых – кто услышит? Они же все в проводах, как в соплях, – не докричишься!
 
Но ещё хуже другое: по большому счёту, сегодня нет даже самого конфликта «отцы и дети». Ну разве что – за место у монитора.
 
И стар и млад ушли в интернет. А это – как загробная жизнь: оттуда не возвращаются.

Где я сейчас нахожусь?

То, что люди из разных стран искали 6 мая 2014 года в 15.35

Ключевое слово эпохи – «скачать».
 
Всё, кроме нефти, можно качать бесплатно. Игры, программы, мысли, секс, еду, друзей, хорошее настроение.
 
На вопрос «В чём смысл жизни?» (адаптированный вариант – «И чё?») в Яндексе 854 миллиона ответов.
 
На тему «Быть или не быть?» – 25 миллионов ссылок. Замучаешься выбирать.
 
Гамлетовский запрос «Что благородней духом – покоряться пращам и стрелам яростной судьбы иль, ополчась на море смут, сразить их противоборством?» не влезает в поисковую рамку, обрываясь на половине.
 
Зато легко помещаются фразы типа «Как изменить цвет волос в фотошопе» или «Фильм ВВС «Паразиты в теле человека…»
 
Я, грешным делом, люблю, как опытный вуайерист, подглядывать за чужими устремлениями. Любопытствую на предмет всеобщего любопытства. И могу подолгу следить за прямой трансляцией поисковых запросов. Наблюдать, как на карте мира появляются и тут же исчезают окошечки с короткими текстами.
 
Удивительны широта и разнообразие человеческих интересов!
 
Вот, к примеру, Чукотка обращается к Яндексу: «Как рисовать одуванчик карандашом». (Я тут же представляю себе маленькую девочку в холодной яранге с ноутбуком в руках).
 
Дальний Восток не уснёт, пока не узнает: «Простатит как причина бесплодия», «Роторные дробилки для щебня», «Зельдин Лев Давидович» и (это очень важно) «Как стать вампиром в домашних условиях».
 
Карелия ищет ответы: «Правила вывоза спиртных напитков из Финляндии», «Теплицы из карбоната в Лесосибирске» и (очевидно, с оттенком подозрения) «Вид деятельности «Карелэнерго».
 
А вот родная Коми: «Снять квартиру в Выльгорте». И через пять секунд новое окошко: «Отели в центре Рима. Недорого».
 
Поволжье интересуется: «Алкоголик в семье», «Пружины для Киа Соренто 2005», «Помидоры. Сорта для Удмуртии» и (неожиданно) «Кто такой цуцик и почему он замёрз».
 
Центральная Россия спрашивает обо всём: «Тибетская гормональная гимнастика», «Силки на бобра», «Стимуляция родов. Отзывы», «Курсы фотографов в Павлодаре», «Адрес ИК-1. Анохово Смоленской обл.», «Поздравить дедушку в стихах», «Прокат машин в Иерусалиме», «Доклад о яблонИ 4 кл.», «Трескаются пальцы почему», «Дорогая, мы убиваем детей 3 сезон».
 
Грубоватый запрос «Какого садить перцы» появился и тут же пропал, а на его месте возникли тревожные окошки: «Чёлка полукруглая набок», «Абстинентный синдром. Отравление», «Почему ночью потеешь» и «Где я сейчас нахожусь».
 
Записываю последовательно, как вижу, не добавляя от себя ни единого слова. И через полчаса трансляции, особенно после вопросов «Как сказать по-арабски двери закрываются» и «Определение возраста птенца по глазу», мозг начинает закипать.
 
Я понимаю только одно – тут нет никаких закономерностей, сплошная экзистенция.
 
Можно, конечно, отметить некоторый потребительский уклон: информация становится бытовой услугой. Но и это – не факт. Ведь многие пользователи проявляют интерес к чистому абстрактному знанию: «Почему все идиоты», «Кусают ли кошачьи блохи людей», «Стандартные размеры клетки для попугаев», «Биография Шарля Гуно на украинский», «Курсовая работа рыбы Белоруссии», «Как работает лямбозонд». И наконец, «Признаки Конституции» (в том смысле, что наша Конституция давно уже не подаёт признаков?).
 
Я тоже не ведаю, как устроен лямбозонд. И вообще чувствую себя растерянно, будто в супермаркете: вот зачем людям столько самых невероятных вещей?

Как соединить две трубы

Если верить поисковой трансляции, наши соотечественники обитают везде. Только Гренландия вся белая и гордо молчит. Остальной мир регулярно посылает запросы на русском или приблизительно русском (окошки с текстами на других языках я, естественно, игнорирую).
 
Даже из глубин Тихого океана, с крошечного атолла или с океанского лайнера, летят сигналы: «Игры для мальчиков», «Мусульманский сонник», «Животные на букву И», «Лечение энуреза», «Самовары электрические», «Половой невроз», «Как пройти 32 комнату», «Презентация про ядовитых лягушек».
 
Северная Австралия пытается уточнить (поздно спохватилась!) «Кто такие бендеры на Украине».
 
И ей как бы откликается Австралия южная: «Слiдство ведут экстрасенсы. Все серии. Скачать».
 
Оказывается, и в Африке много наших! ЮАР, например, трижды интересуется: «Апелляция при отказе в визе». А потом (видимо, с отчаяния) следует географически парадоксальный запрос: «Ж/д билеты в Румынию».
 
Из Анголы – ностальгическое: «Рецепт кабачковой икры», «Погода в Дудинке».
 
Марокко озабочено: «Загранпаспорт нового образца», «Гражданский брак. Что это» (бедная землячка!).
 
Египет хочет знать: «Ледоход в Колпашево», «Собирать грибы во сне», «Миконазол. Инструкция», «Цветные трассеры для World of tanks» (лучше бы ты искупался, мальчик!).
 
Европа тоже непредсказуема в своём любопытстве: «Морозостойкость бетона», «Пошаговая стратегия на андроид», «Я плюю на ваши могилы. Смотреть», «Письмо Макаревича Путину», «Краснуха у детей», «Схема вязания крючком жар-птицы», «Что такое реверсный газ» (это актуально!) и «Как соединить две трубы».
 
Северная Америка, как всегда, деловита: «Канализационная насосная станция», «Управленческие решения», «Яка температура крытiчна для гусиных яэц», «Диаметр ствола ПМ» и (я тоже не поверил глазам) «Доставка грузов по железной дороге из Тынды».
 
Южная Америка в лице русскоговорящих представителей гораздо мягче, лиричнее. Преобладают такие интересы как: «Кельтская музыка», «Акриловые карандаши», «Лучшие рестораны Ла-Паса», «Свинка Пеппа. Скачать», «Моряк. Сайт развлечений», «Гид в Куско Светлана», «Как называется оранжевая птица». Немного выбиваются из общего ряда запросы: «Следственный комитет РФ» и «Как разносить обувь из кожзама» (видимо, у бывшего соотечественника – материальные трудности).
 
Из Китая за время трансляции поступило всего два запроса. Но тоже удивительные: «Кто такой Флобер» и «Требования к размещению ядерного реактора» (на месте ФСБ, ЦРУ, МАГАТЭ я бы очень заинтересовался).

Почувствуйте разницу

Меня лично раздражает та услужливая готовность, с которой Яндекс и другие поисковые системы пытаются удовлетворить любые, самые низменные капризы явно сумасшедших клиентов, дико вопрошающих: «Крышка кастрюли эмалированной с узором в цветочек. Фото» или «Чем отличается куадеро от уасипунгеро?» (Я специально проверил. Оказалось – ничем! Зачем же было выделываться?!)
 
А самый длинный запрос, поступивший откуда-то с Валдайской возвышенности, был таким: «За 7 часов токарь изготовил 63 одинаковые детали. Сколько деталей…»
 
Помню, в пятом классе мы тоже подгоняли решения под ответы. Но это всё-таки требовало определённых интеллектуальных усилий. Нынешние школяры даже не заморачиваются – просто забивают половину задачи в поисковик.
 
У нас были задачники. А у них – решебники. И это принципиальная разница! Причём – в самом широком смысле.
 
Нашему поколению никто не давал готовых решений. Мы бились, путались, ошибались, но до всего доходили своим умом.
 
Говорю это с завистью, с завистью. С самой чёрной, какая только бывает на свете…
 
Поделиться в соцсетях

guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments