Матвей Зверев: «Мы всегда за кем-то подглядываем»

Телеоператор из Сыктывкара рассказал "Красному знамени" о скандальных реалити-шоу

13:30. 10 августа, 2010  
  
6

Нашему собеседнику – телеоператору по профессии – удалось поработать на съёмках таких знаковых примет не только современного телевизионного пространства, но и нашего времени вообще, как реалити-шоу. Причём, не одного и не двух. Уже хотя бы поэтому уроженец Сыктывкара, в последнее десятилетие живущий в Москве, Матвей Зверев интересен для «Красного знамени».

– Матвей, расскажи, как ты «попал» в реалити-шоу?

– Работать в Москву меня позвали друзья, которые к тому моменту уже перебрались туда. Сейчас я, можно сказать, фри-лансер и могу выбирать, где работать. Сейчас в основном работаю на съёмках «Кто хочет стать миллионером?» и «Девчата». Такой режим более выгоден с финансовой точки зрения, да и интереснее – не зацикливаешься. Так работают очень многие столичные операторы.

А тогда, вскоре по приезде в Москву, мои контакты попали к продюсерам нового реалити-шоу, для работы над которым требовались люди, готовые к длительным командировкам. А москвичи на них неохотно соглашаются… Так я попал в команду шоу «Голод», которое снималось в Берлине. Очень многие среди нас были приезжими, как и я.

– Неужели в Москве нет операторов?

– Есть, но, как всегда, всё в деньги упирается. Приезжие соглашаются на меньшие (по московским меркам, разумеется) деньги.

– Напомни в двух словах о «Голоде».

– Нескольких участников увозят в другую страну, в какую – им не говорят, это участники понимают уже на месте. Телекомпания снимает для них жильё, но главное условие – участники лишены денег. Их главная задача – физическое выживание в незнакомой реальности.

– А каково тебе было быть «гастарбайтером»?

– Во-первых, меня поразил масштаб съёмок и того, что у телевизионщиков называется «продакшн», то есть организация проекта. Кстати, это было первое отечественное реалити, снятое за границей. Главная сложность заключалась в том, чтобы обеспечить секретность съёмок: немецкие обыватели, берлинцы и туристы, не должны были подозревать, что они – фон телепроекта.

Секретность удалось обеспечить до такой степени, что крупнейший и серьёзный иллюстрированный журнал «Шпигель» стал писать примерно следующее: «Русские привезли живых людей, держат их взаперти, морят голодом…» Поднялся жуткий скандал, нас стали преследовать папарацци: снимали нашу территорию из-за забора и даже пытались перелезть через него.

Продюсеры долго не шли на контакт со СМИ, но когда ситуация стала приобретать общенациональный резонанс, сочли за благо расставить точки над «i». Была созвана пресс-конференция, на которой и рассказали, что это не какой-то жуткий эксперимент над живыми людьми, а съёмки реалити-шоу.

– Ну, а как берлинцы реагировали на непосредственных участников шоу?

– Особых недоразумений не было: участники выглядели как обычные туристы. Скрытые камеры были в их шапках, галстуках, очках и даже в пуговицах. Лишь приглядевшись с близкого расстояния, можно было увидеть какой-нибудь проводок.

Хотя был один инцидент с участием полиции. Наши люди решили украсить новогодний праздник ёлкой и не нашли ничего лучше, как попытаться стащить её в центре города, уже украшенную и стоявшую на Унтерденлинден. Так вот, они выдрали её и понесли «домой» по городу, никого не стесняясь. Разумеется, их поймала полиция. Очень долго разбирались, вплоть до того, что нашим продюсерам пришлось объяснять полицейским всю подноготную, что, мол, ёлка – это декорация, но бесполезно: совершено правонарушение и всё тут. Уж не знаю как, но каким-то образом инцидент был урегулирован.

– Было что-то, что осталось за кадром?

– Конечно, какие-то вещи остались за кадром по этическим соображениям, ведь съёмка велась почти круглосуточно. В эфир шёл лишь часовой материал.

– В работе на реалити было ли что-то, шокировавшее тебя?

– Да нет, ничего особенного.

– Я имел в виду, что приходится подглядывать за людьми…

– Участники шоу понимают, на что идут.Не мы это придумали. Если кто-то хочет подглядывать, он будет делать это и без помощи телевидения… А мы, люди с камерой, всегда за кем-то подглядываем. Ведь даже в кино есть элемент подглядывания: не зря актёрам запрещено смотреть в камеру. Если актёр посмотрит в камеру, он как бы даст понять зрителю, что тоже видит его.

– Понятно. Вместе с тем уже не редок приём, когда камера снимает так, что как бы ставит зрителя на место убийцы-манька, например.

– Да, это называется «субъективная камера».

– Какие ещё шоу ты снимал?

– Даже не упомню названий всех. Первым был «Голод», потом — «Двенадцать негритят», несколько «Фабрик звёзд», «Голод-2», «Большой брат», «Бункер»… Кроме реалити-шоу удалось поработать, например, на программах «Кто хочет стать миллионером?», «Танцы со звёздами» и «Танцы на льду».

– Признаться, название «Бункер» я даже слышу впервые.

Этот проект (не помню, на каком телеканале) вела Ксения Собчак, его очень долго монтировали… Всё как обычно: закрытая локация, несколько участников (людей со сложными судьбами посадили в подземелье) заперты в бункере — идёт обычная игра на убывание. Участникам ставятся различные задания, по результатам выполнения которых они сами решают, кто должен покинуть бункер. Приз — крупная сумма денег.

– Кроме Германии, где ещё удалось поработать?

– В Нью-Йорке. Там снимался «Голод-2», с тем же огромным размахом. В Штаты прилетел целый самолёт русских. Съёмочная группа – до 150 человек.

Нью-Йорк – прекрасный город, он очень отличается от европейских городов и от остального мира вообще, включая саму Америку.

Мы провели там два с половиной месяца. Руководство жило на Манхэттене, а мы жили в районе Куинс, в огромной новой гостинице, группами по трёхкомнатным апартаментам. В нашем распоряжении всегда был автотранспорт и, кроме того, проездные на все виды общественного транспорта. Спасибо продюсерам: у нас в буквальном смысле было ВСЁ – от одежды до карманных фонариков и алкозельтцера.

– Каков был размер суточных?

– Суточные?? Нет, у нас была нормальная зарплата. Кроме того, как и на первом «Голоде», у нас была своя кухня. Повар – немец из Гамбурга, с женой и ассистенткой, он готовил для нас и в Берлине. Плюс «шведский стол» круглые сутки. Этот повар – очень колоритный дядька, мы сняли про него короткометражку для Берлинского кинофестиваля.

– А кулинарной ностальгии не возникало?

– В Нью-Йорке можно отведать такие экзотические блюда, которые, наверное, не готовят даже в тех странах, откуда они якобы родом. Какие-то глаза, какие-то черви, и всё это очень изысканно приготовлено и подано. Но это в очень дорогих, в основном, клубных, ресторанах. Есть другая сторона: продаётся очень много генно-модифицированных продуктов, которые весьма ограничены во вкусовом отношении. Поэтому специально к Новому году мы с друзьями съёздили на Брайтон-Бич, в русский магазин, где купили пельменей, сметаны и чёрного хлеба. Угостили всех коллег-американцев.

– Ты был на «Граунд зеро»*?

– Конечно.Я был там один поздно вечером. Сейчас вспоминаю – до сих пор мурашки по телу… Это место обладает мощнейшей энергетикой, и хорошо, что я был один: там кожей чувствуешь боль чужих переживаний. Я не стремился попасть туда, просто гулял. Иду, иду, прошёл какую-то церковь и скоро вышел к этому месту. Сначала я не понял, что стою на «Граунд зеро»…

Там железный забор, на котором вывешены фотографии погибших и много-много прикреплённых поминальных записок и, конечно, живые цветы. Таких огромных открытых пространств нет больше нигде, это больше самой большой площади. Но представить сейчас, что там стояло два огромных небоскрёба, почти невозможно: рядом стоят небоскрёбы, которые в два с половиной раза ниже разрушенных башен, и даже эти небоскрёбы кажутся гигантскими.

– Удалось ли побывать за пределами Нью-Йорка?

– Лично мне – нет. Да не очень-то и хотелось. Кроме того, продюсеры как-то устроили коллективный выезд на близлежащие озёра.

Наша съёмочная студия располагалась через Ист-Ривер от Манхэттена. Основная площадка – на крыше, то есть люди действовали на фоне Манхэттена и реки.

Вечерами я в основном гулял: садился в метро, проезжал две станции и выходил на Манхэттене.

Эти два заграничных проекта мне запомнились на всю жизнь, я подружился со многими людьми: и русскими, и иностранцами.

Да и в профессиональном плане этот опыт неоценим, особенно после работы на региональном телевидении.

– У тебя возникло ощущение, что на Западе господствует предвзятое отношение к русским?

– Русских на Западе не очень любят, и этому есть объяснение. Во всяком случае, я понимаю, почему возникло такое отношение. Наших людей безошибочно вычисляешь по их поведению. Те русские, кто ассимилировался на Западе, конечно и ведут себя по местным нормам, но в той же Германии я видел много наших туристов, с которыми не хотелось иметь ничего общего.

  • Место, где до 11 сентября 2001 года находились небоскрёбы Всемирного торгового центра

Поделиться в соцсетях

avatar
1000
6 Comment threads
0 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
0 Comment authors
АнонимМатвейчерез ступенькуdivider Recent comment authors
новые старые популярные
Аноним
Гость
Аноним

Где можно посмотреть фильм про повара
Очень интересно.

divider
Гость
divider

место убийцы-манька, например это про кого

через ступеньку
Гость
через ступеньку

через ступеньку

Матвей
Гость
Матвей

Фильм не про повара. Это короткометражная постановочная работа. Она была выпущена на нескольких конкурсах любительских фильмов.

Аноним
Гость
Аноним

to divider, имелось ввиду камера имитирующая взгляд человека “от первого лица”. Это и есть “Субъективная камера”.

Аноним
Гость
Аноним