Евгений Софронов: «В работе мне помогал друг из Америки»

«Во время очередной сессии с друзьями обсуждали кто и что бы хотел поставить. Кто-то из однокурсников упомянул имя Макдонаха и сказал, что там «жесть и треш». Я заинтересовался. «Что за жесть?» - спрашиваю. «Там дочь свою мать убивает», - был ответ».

Автор:   
16:16. 19 октября, 2014  
  
1

На этой неделе актер и режиссер Евгений Софронов представил свою первую масштабную постановку по пьесе американского драматурга Мартина Макдонаха – «Королева красоты». По мнению зрителей, критиков и артистов театра – это, пожалуй, самая удачная, смелая и одновременно многообещающая драматическая постановка на этой сцене за последнее время. Ирландская история, представленная на сцене Академического театра драмы им. Савина, оказалась на удивление российской.

В послужном списке Софронова-режиссера есть спектакли «Время героев» и «Хроники Савина». «Королеву красоты» ждет жизнь долгая и успешная. Отчасти потому, что спектакль, как говорят, не многонаселенный – всего четыре героя. Но главное: спектакль представляет собой совершенно новый жанр и стиль для нашей провинциальной сцены. Об этом «Красное знамя» напишет отдельно в самое ближайшее время.

«Королева красоты» дает возможность познакомиться с совершенно другим, непровинциальным театром. Наш зритель, приученный к академичности и традициям, не готов видеть на театральной сцене реальность – шокирующую, депрессивную и безысходную. Еще меньше он готов принимать экспериментальный театр, что ярко показал скандал вокруг «Гамлета». Во многом это объясняется тем, что режиссеры крайне редко дают возможность увидеть театр альтернативный, опасаются идти против течения, против ожиданий и пристрастий масс. В откровенном интервью «Красному знамени» Евгений Софронов рассказал, как театральные привычки зала ограничивают потенциал актеров и смелость постановщиков, чем артистов шокировал текст пьесы, почему пьеса модного американского драматурга оказалась такой российской.    

– Евгений Николаевич, почему вы выбрали именно эту пьесу?

– Мартина Макдонаха ставят по всему миру. Это американский драматург, сценарист и кинорежиссер, лауреат премии «Оскар». В России его ставят с 2003 года в театре им. Вахтангова, например. Но дело не в этом. Всему виной мое режиссерское обучение в Театральном институте им. Щукина: во время очередной сессии с друзьями обсуждали, кто и что бы хотел поставить. Кто-то из однокурсников упомянул имя Макдонаха и сказал, что там «жесть и треш». Я заинтересовался. «Что за жесть?» – спрашиваю. «Там дочь свою мать убивает», – был ответ. Я подумал, не тот ли этот спектакль в театре Вахтангова. И на время забыл об этой истории, до начала театрального сезона. Сезон скоро начнется, ставить что-то нужно. Что? Тут всплывает это название – «Королева красоты» Макдонаха. Беру пьесу, один раз прочитываю и иду к директору со словами: «Хочу ставить эту пьесу».

– Смотрели другие постановки пьесы при подготовке?       

– Категорически нет, чтобы ничего не довлело. Постановку согласовали. И тут я понял, за что взялся. Как в нашем академическом театре, с нашими консервативными зрителями, преподнести этот материал так, чтобы и жестокость не обойти, и актеры не остались равнодушными. Валентина Ивановна Дорофеева (сыграла роль Мэг Фолан – прим. авт.) первый раз не смогла даже дочитать пьесу до конца. Настолько тяжелая и жуткая эта история для восприятия.

– Российский зритель тоже не подготовлен к таким историям?  

– Тот зритель, который привык ходить в театр ради развлечения, конечно, нет. У нас привыкли к «Свадьбе с приданым». Ничего не имею против таких спектаклей. Но с другой стороны, как разделились мнения зрителей по поводу улыбки Олега Нагорничных с красным роялем в его «Гамлете». Это же была улыбка! Но развернулась война, получившая огласку по всей стране.

– Здесь явный парадокс. По телевидению самые высокие рейтинги у программ и сериалов про ментов, бандитов, криминал, насилие и прочие бытовые ужасы. Одновременно американские боевики, триллеры и фильмы ужасов собирают кассы в российских кинотеатрах.

– Да, совершенно верно. А на сцене театра люди хотят увидеть белых и пушистых героев в средневековых костюмах. Чтобы было все красиво: Мольер, Островский и так далее. Зачем ходить в театр для этого? Можно открыть альбом или прочитать пьесу. Сделать спектакль по нашему скудному представлению о том, какая была эпоха Мольера, Чехова и так далее…

– Вас бы не поняли сторонники академического русского театра, который, как любят повторять его апологеты, сохраняют традиции отечественной драматургии и режиссуры.   

– В «Королеве красоты» мы как раз и сохранили традиции русского психологического театра. Это очень русский автор – Макдонах. Он ведь не англосакс, он ирландец. В Англии таких считали отщепенцами, изгоями. Это человек с чувством национальной уязвленности. Помните фразу из пьесы: «В Ирландии все должны говорить по-ирландски». В Коми все должны говорить как? Сколько у нас в России национальных республик и национальностей. Что такое русский в этом случае?

– Безумно сложная пьеса в эмоциональном плане. Как психологически вы себя чувствовали? Работа над пьесой была для вас мучением или удовольствием?

– Это был постоянный поиск. У меня в прежних постановках не было такого длинного застольного периода, в том смысле, что не приходилось так долго сидеть за столом, с текстом, с мыслями. Я вообще не люблю сидеть за столом: вперед, в бой, на сцену, что-нибудь там придумаем и сымпровизируем. А тут мы с артистами сидим, ломаем голову. Например, кто такой Рэй? Это темная лошадка пьесы. Обычно режиссеры в этом герое снимали только верхний пласт – образ гопника. А я почувствовал в нем какой-то подвох.

– Артисты признались, что русский перевод пьесы не очень качественный и поэтому вы даже звонили своему приятелю в США, консультировались. Это правда?

– Да, когда я читал пьесу, возникло очень много вопросов. Там много противоречий. И как оказалось, много элементарных ошибок и неточностей. И я позвонил своему другу, который давно в Америке живет. Консультировался с ним и понимал: все, что мне было неясно в тексте, связано с плохим переводом. Я читаю первую ремарку в русском переводе: «Правая рука у нее красная и имеет нездоровый вид». Дальше читаю: «Мэг поднимает ее обожженную левую руку». Как так можно переводить? И еще в тексте Макдонаха очень много диалектных ирландских фраз.

– Для какого зрителя этот спектакль? Все-таки он не для всех.

– Я проверил его на своих студентах, слушателях курсов актерского мастерства в Колледже искусств. Там есть 16-летние ребята – я проверял на них. Чего-то они не понимают. Но одна моя студентка смотрела сегодня спектакль уже во второй раз. Ей – шестнадцать лет. И говорит: «Я хочу смотреть и смотреть». Это значит, они хотят разгадывать спектакль, наблюдать за филигранной, я подчеркиваю, работой актеров.

– Старшее поколение это не примет?

– Думаю, что нет. Хотя этот спектакль должен быть близок и понятен нам всем. Сколько у нас в стране семейного насилия, сколько кухонных боксеров. А какой у нас отток населения. «Ах, эта Ирландия – все время кто-то уезжает». Пьесу можно разобрать на цитаты для нашей жизни.

Поделиться в соцсетях

guest
1 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
ваще
ваще
21.09.2012 22:57

два члена коми комиссии