Сергей Монастырский: «Я знал, куда еду»

Вчера в Государственном театре драмы им. Виктора Савина состоялся концерт оркестра квартирующей в Сыктывкаре войсковой части 5134, отметившей 50-летие со дня образования. Предлагаем вашему вниманию беседу с дирижёром оркестра Сергеем Монастырским.

14:15. 27 сентября, 2014  
  
2

– Сергей Николаевич, военный дирижёр – нечасто встречающаяся профессия. Расскажите, когда вы решили им стать, как это произошло?

– Я вырос в семье музыкантов. Отец,мама и бабушка с дедушкой служили в Самарском (тогда ещё Куйбышевском) академическом театре оперы и балета.

Я окончил музыкальное училище, и передо мной встал вопрос о дальнейшем жизненном пути: идти в армию или поступать в высшее учебное заведение?.. В конце концов, получилось так, что я соединил службу в армии с продолжением музыкального и получением высшего образования: поступил на факультет военных дирижёров Московской государственной консерватории. А оканчивал уже формально новое учебное заведение – Московскую военную консерваторию. Все мои предшественники – дирижёры оркестра нашей воинской части – закончили в своё время это же учебное заведение.

– А какую музыкальную карьеру сделали ваши родители?

– Они до сих пор служат в Самарском академическом театре оперы и балета. Бабушка с дедушкой пели в хоре, отец играет на фаготе, мама – режиссёр хора.

– Где вы служили после окончания Московской военной консерватории?

– В звании лейтенанта меня направили служить в посёлок Лемболово Ленинградской области. Отслужил там пять лет, и когда в 2008 году проводили на пенсию моего предшественника Ивана Васильевича Нестерова, то мне предложили перевестись в Сыктывкар, что я с удовольствием и сделал.

– Каким было ваше первое впечатление от оркестра? Может, вам сразу захотелось что-то поменять, усовершенствовать…

– Когда я переводился в Сыктывкар, я уже знал, что это за оркестр. Иван Нестеров, с которым мы ежегодно встречались на учебно-методических сборах военных дирижёров, рассказывал мне о здешнем коллективе и его уровне. Я знал, куда еду. Для меня перевод в Сыктывкар стал точкой нового творческого роста: мой нынешний коллектив профессиональнее и хорошо укомплектован. Здесь есть мультиинструменталисты и музыканты, которые ещё и поют, как, например, трубач Алексей Попов. Или Вячеслав Целинский, который ещё и барабанщик, и гитарист. А Алексей Удоратин играет на трубе, бас-гитаре, баяне плюс великолепно поёт!.. Эти и другие выпускники музыкального училища (сейчас Колледж искусств – авт.) делают нас ещё и эстрадным оркестром в полном смысле слова.

– Как при вас изменился репертуар оркестра?

– Кардинальных изменений нет: до сих пор исполняем номера, унаследованные и от Ивана Васильевича Нестерова, и от Станислава Александровича Залевского. Конечно, я тоже кое-что привнёс. Например, песню на коми языке «Ичет сикт» («Маленькое село»). Владимир Торлопов, будучи Главой Коми, сказал нам как-то незадолго до парада на День Победы: «Обязательно эту песню исполните!»

– Чем работа военного дирижёра отличается от работы дирижёра, скажем, симфонического оркестра?

– Работа – та же, но, конечно, определённую специфику накладывает то, что мы военные: носим форму и ежедневно соблюдаем воинские ритуалы, заложенные ещё Петром I. Военная музыка звучит в армии с подъёма и до отбоя, сопровождая жизнь солдата на протяжении всей его службы.

– Как в вас уживаются творческое начало и необходимость подчиняться уставу?

– Нормально уживаются… В юности, может, и возникал иногда внутренний конфликт, но постепенно всё гармонизировалось.

– Вы изучали опыт зарубежных военных оркестров? Они отличаются от российских?

– В 2002 году – ещё курсантами – мы побывали на фестивале военных оркестров в Германии, в Штутгарте. У немцев одни из самых сильных военных оркестров. Традиционно сильны оркестры почти всех стран постсоветского пространства. Американцы в собственной манере работают: вывозят платформу на шасси, а на ней – ударные и все остальные инструменты с электроподзвучкой и микрофонами. Американцы много свингуют: сильна джазовая традиция. А некоторые итальянские оркестры играют на бегу!

– Как это?..

– Синхронизируют движение – нота на каждый шаг, но у них и музыка относительно простая… В турецких оркестрах доминируют духовые и их традиционные ударные инструменты. Так что работа зарубежных оркестров мне знакома.

Один мой однокурсник, кстати, в 2005 году уволился из Вооружённых сил России и поступил на службу в оркестр французского Иностранного легиона. И представьте себе, однажды на ежегодном фестивале военных оркестров в Питере, 27 мая (в День города), мы с ним встретились! Только он уже носил французскую форму.

– Ему на тот момент довелось участвовать в миссиях Иностранного легиона?

– Он тогда только устроился, рассказывал немного.

– А что вам больше всего запомнилось за рубежом?

– Поездка в Штутгарт для меня была первой зарубежной поездкой – мне буквально всё было очень интересно. Запомнилось общение с музыкантами оркестра из Болгарии: все они свободно говорили по-русски и даже гимн наш знали наизусть. В Штутгарте мы жили в казарме бундесвера. У них комнатно-кубричная система: небольшие отдельные комнаты, в отличие от казарм, когда много коек в одном помещении. Столовые по их типу – идёшь с подносом и выбираешь – у нас в армии только-только внедряются.

– Вернёмся в ваше детство. Самара тогда была ещё Куйбышевом…

– Я вырос в историческом центре старой, купеческой Самары, недалеко от набережной Волги. И до сих пор, если, приезжая домой, вдруг попадаю в спальные районы, испытываю некоторый дискомфорт… А о детстве у меня сохранились очень трогательные воспоминания.

– Часто бываете в Самаре?

– Каждый год навещаю родителей. Однако иное лето такое жаркое, что на юг ехать не хочется.

– Музыка занимает всё ваше время или есть иные увлечения, которым вы отдаётесь на досуге?

– Музыка – огромная часть моей жизни, но я считаю, что нужно иногда переключаться. Я люблю и путешествовать, и по грибы сходить. На прошлой неделе в лесах за Эжвой, не доезжая до Коччойяга, было столько машин, столько грибников!.. Однако и я набрал своё ведёрко. Но, признаюсь, целенаправленные заготовки – это не для меня. В лесу я релаксирую.

– Современную музыку слушаете?

– Редко. Я сейчас заново открываю для себя классику. С удовольствием слушаю в машине Баха: кажется, что сидишь в органе. К рок-музыке в целом спокойно отношусь. Нравятся «Машина времени», «ДДТ», «Аквариум» – но далеко не всё.

– Кроме парадов, юбилейных концертов и церемоний награждений в администрации Главы, где-то ещё можно услышать и увидеть наш военный оркестр?

– В самой воинской части. Всё-таки главная задача военных оркестров – музыкальное обеспечение воинских ритуалов, воспитание у военнослужащих духа патриотизма, верности военной присяге и гордости за службу. Владыка Питирим – наш поклонник. Он в детстве в духовом оркестре играл, а теперь постоянно приглашает нас играть на различных мероприятиях епархии.

– За пределами города и республики вас знают?

– В 2011 году мы приняли участие в фестивале музыкального творчества «Щит и лира» МВД России. И случилось так, что  нам приказали вылететь в Петербург около 14 часов, тут же купили билеты и в 11 часов следующего дня уже выступали на конкурсе – заняли второе место в номинации «Духовой оркестр». Министр внутренних дел (тогда – Рашид Нургалиев) вручил грамоту.

– У вас есть заветная мечта?

– На то она и заветная, чтобы о ней не распространяться (смеётся). Иначе не сбудется.  

Поделиться в соцсетях

guest
2 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
удивлён
удивлён
27.09.2014 14:59

Автор! А почему нет традиционной ссылки на крайнюю плоть?

Бучо
Бучо
28.09.2014 12:24

Я вырос в семье музыкантов.
————————–
“Я вырос…” – хорошая шутка. Респект!