Георгий Афанасьев: «Попасть к министру было проще пареной репы»

В воскресенье исполняется 25 лет I Съезду народных депутатов Союза. Судьба избранных в Коми народных депутатов СССР складывалась, естественно, по-разному: кого-то уже нет в живых, кто-то уехал из республики, кто-то остался, но давно не занимается политикой. В этом ряду выделяется главный врач санатория «Серёгово» Георгий Афанасьев: ровно ту же должность он занимал и в 1989 году.

10:00. 25 мая, 2014  
  
5

– Георгий Николаевич, почему вы выдвинулись тогда в депутаты?

– В большей степени – чтобы поддержать строительство санатория, которое началось в 1986 году, но затем немного затормозилось. Но мне не рекомендовали выдвигаться, потому что в то время подошёл срок для другого района.

Поясню. Национально-территориальный округ, по которому я решил выдвигаться, был подобен нынешнему по выборам депутата Госсовета Коми. Он включал в себя Княжпогостский, Усть-Вымский и Удорский районы. На выборах в Верховный Совет СССР квота была плавающей: в один созыв депутат должен быть из одного района, в другой – из другого и т.д. И в 1989 году подошла очередь Удорского района, в котором партия рекомендовала в качестве кандидата заведующую отделением одного из совхозов Екатерину Филину.

Но меня выдвинули почти все медицинские учреждения Княжпогостского района. А далее было окружное предвыборное собрание, имевшее право отсеивать кандидатов. И вот оно отсеяло Филину, двоих микуньских кандидатов и, помимо меня, оставило начальника ПЧ-40 (Микуньский железнодорожный узел) Александра Георгиевича Валяева. Мы договорились вести с ним кампанию вдвоём: вместе ездить по округу на предвыборные собрания и выступать по заранее определённой очереди. Но он не победил даже у себя в Микуни. Чем, конечно, был удручён.

– Какую позицию занимал относительно вас Княжпогостский райком КПСС? Вы были членом партии?

– Да, был. Но райком меня не поддерживал. Конечно, не было никакого прямого и грубого давления, но приезжали, например, представители избирательной комиссии, пытавшиеся намекнуть, что мы не так провели выдвижение и т.п. Мне здорово помог корреспондент «Красного знамени» Виктор Макаров, который даже написал статью в мою поддержку, и эта статья произвела определённое воздействие на райком.

В этом смысле меня гораздо больше поддерживали усть-вымские райком и райисполком.

– Что было дальше после выборов?

– Дальше нас собрали в Сыктывкаре в Верховном Совете республики у Юрия Ивановича Семукова. Уже тогда требовалось определиться с кандидатурами в Верховный Совет Союза.  Между прочим, предлагали и мне. Но я отказался. Меня только-только, три года назад, избрали главным врачом санатория, и я не чувствовал права уезжать в Москву. Хотя это означало освобождённую работу и квартиру. Как показала практика, из тех, кого тогда выбрали в Верхсовет, обратно в Коми не вернулся никто. Но я из чувства долга и ответственности перед коллективом отказался от этого заманчивого и лестного предложения.

– Кого же рекомендовали?

– Сергея Лущикова (но он и сам очень рвался туда), Владимира Лушникова, Валерия Максимова, Степана Игнатова и Галину Черных. А ещё через год в Верховный Совет избрали Олега Вострухова, но он шёл от комсомола.

Нас напутствовали, мы сфотографировались у памятника Ленину, приехали в Москву и поселились в гостинице «Россия».

– Где вас посадили в зале Дворца съездов?

– По-моему, где-то в районе 27-го ряда. Не близко от трибуны, прямо скажем. Наша делегация – 17 человек – сидела на двух рядах. Через проход от нас располагалась чечено-ингушская делегация, помню, видел там известного танцора Махмуда Эсамбаева, сидел вместе со своей папахой. С нами рядом сидела делегация Карелии.

– За кого вы голосовали на выборах Председателя Верховного Совета?

– За Горбачёва, конечно. Не будешь же голосовать за Оболенского, да я и не знал этого человека. Но он, конечно, молодец, что попробовал создать хотя бы видимость альтернативы.

– Академик Сахаров действительно выглядел таким надоедливым и постоянно рвущимся к микрофону?

– Дело в том, что просто он не обладал даром красноречия и ораторства. Речь у него сама по себе была занудной. Да и большинство депутатов мало знали этого человека. В восприятии основной массы депутатов его назойливость казалась неестественной. Эту массу Юрий Афанасьев назвал потом «агрессивно-послушным большинством».

– Кстати, вы ведь фактически его полный тёзка.

– Да. Его корреспонденция часто попадала ко мне, моя – к нему. Потом на съезде мы ею обменивались.

– То есть вы с ним всё-таки познакомились?

– Конечно. А потом, я же вошёл в Межрегиональную депутатскую группу, которую в том числе возглавил и он.

– Яркое впечатление произвело выступление Вавила Носова. Оно было согласовано в делегации?

– В ней избран совет, на котором мы обсуждали, какие выступления готовить и когда выступать. Вавил Петрович в него тоже обращался, но его же невозможно было всерьёз принимать. Поэтому мы его не то что отфутболивали, но урезонивали: Вавил Петрович, вопросы, которые ты собираешься поднимать, – это всё не то… Вроде по-хорошему объясняли. А он всё равно как-то взял и прорвался к микрофону на сцену.

– То есть, если очень захотеть, прорваться было можно?

– Конечно. Но тут нужно отдать должное и активности самого Вавила Петровича, царствие небесное! Он ходил ко всем – к Горбачёву, к Рыжкову (Николай Рыжков, председатель Совета Министров СССР в 1985-1990 годах – прим. ред.) и вообще-то много сделал для своего округа, для жителей Припечорья.

Но замечу, что тогда попасть на приём даже к премьер-министру было очень несложно. А уж к министру какому-нибудь, союзному или российскому, –вообще проще пареной репы. Достаточно было позвонить, сказать: «Я народный депутат такой-то, хотел бы встретиться по таким-то вопросам». Буквально через пару минут секретарь связывалась и говорила: «Когда вам будет удобно приехать? Вас готовы принять».

 Я особенно вспоминаю эти моменты, потому что есть с чем сравнивать. Когда Юрий Алексеевич Спиридонов был депутатом Госдумы (2003-2007 годы – прим. ред.), мы принесли ему на Охотный Ряд пакет документов по строительству нового санатория. Так чтобы к нему туда проникнуть, нужно было пройти 3-5 кордонов: паспортный, фейс-контроль, всё из кармана выворачивать, через металлоискатель идти…

Я говорю: «Ну что, Юрий Алексеевич, давайте, надо договориться». Он позвонил руководителю Федерального агентства по здравоохранению России и попытался договориться о встрече. Так и не получилось. А ведь это даже не министр – всего лишь руководитель агентства.

– Вы принимали участие в последнем Съезде народных депутатов?

– Да, конечно.

– И голосовали за роспуск?

– Да нет, тогда речь о роспуске и не шла.

– Но после этого депутаты разошлись и больше никогда не собирались.

– Действительно, Назарбаева тогда называли «матросом Железняком». Но всё-таки был образован новый Верховный Совет из Совета Республик и Совета Союза, и в последний, кстати, меня ввели. В те дни важную роль играли взгляды, которые тот или иной депутат проявлял при голосованиях. Была установка на наличие демократических взглядов. По этим критериям я прошёл в Совет Союза.

– Но он ведь уже ничего не решал?

– Да. Заседания шли очень вяло, и практически никаких решений не принималось. И в последний раз мы съездили в Москву на заседание после Беловежской Пущи.

– Вам это было не обидно? Всё-таки вас избирали на пять лет.

– А кому это было бы не обидно? И с точки зрения срока, и со многих других. Обидно было, например, что Михаил Сергеевич соизволил прислушаться к наработкам Межрегиональной депутатской группы по новому Союзному договору только в сентябре, в то время как прими он их, республики можно было бы сохранить в составе Союза, пусть и с новыми полномочиями.

– Когда в 1992 году Сажи Умалатова созывала VI съезд, вы получали от неё приглашение?
– Да, но я его не принял, хотя, например, тот же Вавил Носов участвовал в этом собрании, вместе с Виктором Анпиловым. Но мне не нравится позиция Анпилова. Очень уж она амбициозная.

Поделиться в соцсетях

guest
5 комментариев
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
Влада
Влада
25.05.2014 17:46

12 июня 2012 года на “Болотном” шествии народ освистал Виктора Анпилова, который попытался было поговорить с ним “за жизнь”. Пока Виктор не ретировался, пожилые люди, знавшие его и его позицию, всячески выказывали ему своё пренебрежение.Ему пришлось скрыться, как побитому псу. Главный врач санатория «Серёгово» Георгий Афанасьевнемало сил вложил для жизни… Читать далее »

зараза
зараза
25.05.2014 21:47

депутаты не знали Сахарова?скорей всего простой народ не знал кто его депутат! о Сахарове знаю еще со школы..закончила в 1975г…..

Грета
Грета
26.05.2014 23:08

Офигеть, Валера, не у кого брать интервью? Берёте у вора и уголовника ? Позорище ! Правильно, что газета стала дряной и не интересной.Какой он врач и директор ? Поедь и поспрашивай тех, кто с ним работает. Додуматься же о ком писать..(

Мойша
Мойша
26.05.2014 23:10

Мерзкий тип. Точно что не о ком писать, как об этом ворье !

Ага
Ага
28.05.2014 18:50

Так уже никто не читает эту газету, так как муть собирают. Ну не с уголовником же беседу водить.