Игорь Бобков: «Рейдерством занимаются уже не бандиты»

Уполномоченный по защите прав предпринимателей при Главе Республики Коми - первое интервью «Красному знамени» после назначения

11:53. 13 мая, 2013  
  
1

В прошлом году в России появилась новая для системы государственных органов должность уполномоченного по защите прав предпринимателей, и её занял именно предприниматель – Борис Титов. Правда, широкой публике он стал более известен по своей общественной должности председателя организации «Деловая Россия», считающейся чем-то вроде профсоюза среднего бизнеса. С 1 марта года нынешнего аналогичная должность появилась и в Коми. Занял её, однако, бывший глава администрации Печорского района Игорь Бобков, который в свою очередь более известен общественности как бывший генеральный директор предприятия «Комиавиатранс». Это и иные обстоятельства подтолкнули «Красное знамя» познакомиться с бизнес-омбудсменом республики поближе.

 

 

– Игорь Янович, у г-на Титова есть опыт владения, например, заводом шампанских вин, а ранее и другими бизнесами. У вас, кажется, такого опыта нет…

– Такого опыта, может, и нет, но, вообще говоря, я на семь лет уходил из авиации и возглавлял именно коммерческие структуры. А когда работал арбитражным управляющим, то именовался как ИП Бобков. Так что эти стороны деятельности мне очень близки.
 

Ходорковский как малый бизнесмен

– Тем более что арбитражный управляющий видит предприятие уже не в самой лучшей его стадии…

– Да. Я помогал людям выкарабкиваться из непростых ситуаций, цивилизованно банкротиться, и на этой почве у меня появился очень широкий круг общения в предпринимательской среде по всей республике.

– Что для вас предприниматель? Только владелец магазина, парикмахерской, машины для извоза?

– Строго говоря, существует и закон о развитии малого и среднего предпринимательства, и постановление правительства России о предельных значениях выручки для определения субъекта малого и среднего бизнеса. Вот они: для среднего предприятия – 1 млрд. рублей в год; для малого – 400 млн. рублей; для микропредприятия – 60 млн. Ну и известные ограничения по численности персонала: от 101 до 250, до 100 и до 15 человек соответственно.

Но, с другой стороны, я присутствовал неоднократно на заседаниях созданного при Борисе Титове центра общественных процедур «Бизнес против коррупции». Он занимается обращениями предпринимателей в части захвата бизнеса и вообще многих коррупционных вещей. Обороты некоторых из компаний достигают нескольких миллиардов рублей. Более того, я знаю, что там же находятся обращения по второму делу Ходорковского. Это каким бизнесом прикажете считать?

 – То есть чисто теоретически предприятие «ЛУКОЙЛ-Коми», например…

 – … может обратиться в том числе и к Бобкову. Я должен принять их заявление и рассмотреть его.
 

Когда «съедают» бизнес

– Но понятно, что пока ко мне никто такого уровня не обращался. В первые 2-3 недели вообще никто не обращался. Но потом информация пошла по людям, и обращения начались, пока на уровне звонков. Вот недавно, например, позвонили из Водного. ГУВД Ухты обвинило одного из тамошних предпринимателей в якобы незаконной торговле алкоголем. Начал разбираться. Выяснилось, что, во-первых, у него отличный магазин, территория вокруг которого выложена тротуарной плиткой и поставлены фонарные столбы. Во-вторых, у него трое детей, один из которых инвалид. В-третьих (и главное) – магазин этот вообще алкоголем не торгует!

В Арбитражном суде уже лежало заявление о сносе магазина. Я был вынужден потребовать от ГУВД соответствующий акт, уличающий человека в нарушении закона, а до того – приостановить ход заявления в арбитраже. ГУВД ничего не предоставило, и исковое заявление было отозвано. Человек продолжает спокойно работать.

– Интересно, что эту историю вы мне рассказываете через четыре дня после подписания соглашения с МВД по Коми.

– Да, мы действительно подписали соответствующее соглашение с министерством. Мы очень хорошо поговорили с Жуковским (министр внутренних дел по РК Анатолий Жуковский – прим.ред.), и мне показалось, что он понимает проблемы предпринимателей. Тем более что подобное же соглашение ранее Титов подписал с Колокольцевым (министр внутренних дел РФ Владимир Колокольцев – прим.ред.). Вы ведь тоже отлично знаете, что сегодня основное рейдерство идёт уже не от бандитов, а от банков и – это ни для кого не секрет – от правоохранительных органов. Если Коми это задевает немного, то в целом по России бизнесы съедают с помощью уголовных дел, всевозможных проверок, арестов. Человек посидел месяц-другой, затем ему: извините, к вам никаких претензий, – он выходит, а бизнес его уже разорвали.

Жуковский мне сказал так: если возникнет что-то подобное с нашими полицейскими, я имею право обращаться к нему в любое время. И такое же понимание я нашёл с прокурором республики, со Следственным комитетом, с Антимонопольным управлением, с Контрольно-счётной палатой, с МЧС – всего у нас подписано восемь соглашений о сотрудничестве.
 

На связь  с омбудсменом

– Как с вами работать? Достаточно ли телефонного звонка или следует писать официальное заявление?

– Буквально на днях вышел федеральный закон об уполномоченном по защите прав предпринимателей, и на его базе в республике должен быть подготовлен аналогичный закон. Тогда, возможно, у меня появится какой-то инструментарий для работы. А пока же я совершенно один и вынужден разрываться, чтобы и на письмо ответить, и на телефонные звонки, и съездить куда-нибудь. Вот, 14 мая, например, провожу в Визинге встречу с предпринимателями четырёх районов – Сысольского, Сыктывдинского, Прилузского и Койгородского.

До сих пор я просто верил людям и реагировал, например, на их звонки или визиты. Но вообще на сайте федерального уполномоченного есть соответствующие формы заявлений, и для отчётности, которую сейчас от меня требует Москва, было бы лучше, конечно, заполнять именно их.

– Что меня должно побудить обращаться именно к вам? Вот я владелец ларька, меня, например, решил обобрать банк-кредитор…

– Стоп. В случае споров между хозяйствующими субъектами вам дорога в Арбитражный суд. Уполномоченный по защите прав предпринимателей не может его подменять, он занимается защитой этих прав от незаконных действий государственных, муниципальных органов и их должностных лиц.

Другое дело, что всё равно на меня выходят по подобным делам. Недавно по электронной почте я получил обращение от одной предпринимательницы из Ухты: всё, моему бизнесу конец, «Водоканал» отключает мне воду. Ну, я позвонил куда следует, разобрались. Никакой задолженности за воду у неё не было, просто «Водоканал» потребовал поставить дополнительный вентиль, причём за пределами её помещения.

Да, «Водоканал» – это хозяйствующий субъект. Но одновременно – монополист. И как монополист он должен понимать свою ответственность. То же относится к энергетикам.

– Получается, вы выступаете в известной степени медиатором, посредником.

– Получается. И мы на эту тему говорили недавно с Сергеем Анатольевичем Войновым (председатель Арбитражного суда Республики Коми – прим.ред.). Медиация – дело для России вообще новое. Но если найдутся энтузиасты этим заниматься, я думаю, у него есть будущее. Потому что это элементарно дешевле, чем оплата услуг адвокатов, которые, как вы знаете, далеко не альтруисты. И иной раз идут на сознательный проигрыш первой инстанции, чтобы за работу в следующих получить больший гонорар. А сегодня, чтобы закончить процесс в последней кассационной инстанции в Нижнем Новгороде, от возбуждения дела проходит месяцев этак восемь.

Проще и экономнее сесть втроём, поговорить, договориться о рассрочке, скажем, на год, расписать платежи по дням и ударить по рукам. Насколько я знаю, такая практика получила широкое распространение, например, в Свердловской области.

– Региональный бизнес-омбудсмен способен договариваться с естественными монополиями?

– Во всяком случае я для того и подписал соглашение с УФАС. Хотя прекрасно понимаю, сколь непросто решать такие болезненные вопросы, как, например, подключение к сетям «Комиэнерго». Или волюнтаризм железной дороги, отменяющей поезда либо остановки на тех или иных станциях. На днях получил вот это обращение (показывает обращение руководителя администрации посёлка Кожва Печорского района Константина Хохлова, протестующего против отмены остановки в посёлке одного из поездов). Это вечная, то возникающая, то затухающая беда Печорского района. Постоянной автомобильной переправы там до сих пор нет, а лёд держится только четыре, в лучшем случае пять месяцев. Ни продуктов, ничего не завезти. Как-то нужно приступиться вот сейчас к этой проблеме.

 

 

Наша справка

Игорь Бобков родился в 1958 году в Ухте. В 1977 году окончил Сасовское лётное училище гражданской авиации и трудился в Ухтинском авиаотряде. С июля 2003-го по октябрь 2006 года  – член Межрегиональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих. С января 2006 года  – исполняющий обязанности руководителя, а затем генеральный директор ФГУП «Комиавиатранс». В 2011 году был генеральным директором сыктывкарского ОАО «Дом услуг» (бывшая Рембыттехника). С конца сентября 2011 года – исполняющий обязанности, затем глава администрации Печорского района.

С 1 марта 2013 года – уполномоченный по защите прав предпринимателей при Главе Республики Коми.

 

 

 

 
Поделиться в соцсетях

guest
1 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
Вопрос
Вопрос
13.05.2013 21:12