«Дело о «закладках» против Фёдора Овчинникова – «недоразумение»

Московская полиция признала, что проявила лишнюю бдительность в отношении выходца из Коми - основателя «Додо Пиццы»

15:22. 21 февраля, 2018  
  
0

Дело по подозрению уроженца Сыктывкара Фёдора Овчинникова в незаконном сбыте или пересылке наркотических средств в особо крупном размере – недоразумение. Об этом написал он сам в Facebook со ссылкой на следователя отделения МВД в Северо-Восточном административном округе Москвы. Эта история получила широкую огласку по всей России и не только.

Приводим пост основателя сети пиццерий «Додо Пицца» (грамматика сохранена):

 

Что происходит с историей о «наркотрафике из Латинской Америки»?

Когда наша история получила, благодаря вашей поддержке, очень широкую огласку, наше дело из ОВД Южное Медведково передали в вышестоящую инстанцию — в отделение МВД по Северо-восточному административному округу города Москвы. В конце прошлой недели на допрос в качестве свидетеля к новому следователю сходил наш партнер-франчайзи в Москве Станислав Семионов. Следователь СВАО общался уже совершенно по-другому. Он сообщил, что все это какое-то недоразумение. Он вообще не понимает, зачем на допрос был вызван основатель компании, и пообещал, что больше допросов не будет.

Следователь предположил, что две «закладки», которые были найдены нашими сотрудниками в одной и той же пиццерии в Москве в ноябре и январе, объединить в одно дело не получится, так как доказать, что обнаруженное вещество из одной партии не представляется возможным. Станислав дал показания об обстоятельствах обнаружения «закладок» в туалете сотрудниками его пиццерии. На этом все закончилось.

На допросе был только один странный момент. Следователь сообщил адвокату и нашему партнеру-франчайзи, что я дал неверную информацию полиции на первом допросе. Сказал, что у меня нет судимостей, но они проверили и на самом деле у меня есть погашенная судимость за мошенничество. Это абсолютная неправда. Что это, ошибка или своеобразный психологический прием, чтобы посмотреть на реакцию слушателей?

Чтобы оценить, будет ли развиваться это дело или все действительно на этом и закончится, надо знать, что за ним стояло. Люди называли разные версии: отъем бизнеса, происки конкурентов, месть обиженных, коррупция, «проверка» на прочность, просто рутинная отработка дела. Некоторые даже считали, что мы это сами все раздули ради пиара. Хотя последнее, что нам нужно, — это ассоциации нашей компании с делом о наркотиках.
Изложу свое субъективное мнение, основанное на анализе известных фактов. Я не считаю, что наш бизнес хотели отобрать — хотя бы потому, что без нашей команды он ничего не стоит. Не верю и в версию о конкурентах — на нашем рынке так конкурировать просто бессмысленно, а наши крупнейшие соперники — это уважаемые международные компании.

Но я не думаю, что это было и рутинной полицейской работой. Безумная анонимка о том, что мы якобы под видом сети пиццерий занимаемся поставкой наркотиков из Латинской Америки, поступила в полицию 1 октября. В ней были указаны адреса пяти пиццерий, задействованных в «схеме наркотрафика». 23 ноября именно в одной из пиццерий этого списка в туалете для гостей наши сотрудники и обнаружили закладку наркотических средств.

Есть три версии, которыми можно объяснить связь этих событий. Первая: анонимное обвинение — правда, весь бизнес «Додо Пиццы» это просто прикрытие. Вторая: заявление от какого-то безумца с указанием адреса пиццерии и найденная через 23 дня «закладка» именно в этой пиццерии — просто случайное совпадение. Третье: и письмо, и «закладка» — части одной спланированной провокации.

Что еще было необычного в этой истории? Безумное заявление было написано от лица Прониной Екатерины Викторовны. На основании именно этого заявления я был привлечен к делу как свидетель, несмотря на то, что не имею никакого отношения к управлению пиццерией в Медведково, где наши сотрудники нашли «закладку». Эта пиццерия принадлежит нашему партнеру-франчайзи в Москве Станиславу Семионову.

Следователь очень настойчиво вызывала меня на допрос в качестве свидетеля в ОВД Южное Медведково, при этом три месяца с момента поступления заявления полиция не пыталась установить, кто такая Пронина, хотя в заявлении было указано, что она имеет отношения к «Додо Пицце» в Люберцах. Пользователи интернета нашли настоящую Пронину за пару часов, при этом настоящая Екатерина, инвестор нашей пиццерии в Люберцах, сказала, что заявление не писала и ее подпись подделана. Мой допрос в ОВД Медведково начался с того, что следователь объявила мне грозную статью «распространение в особо крупных размерах с наказанием вплоть до пожизненного», и представлял из себя попытку связать меня и пиццерию в Медведково, где были найдены «закладки».

У нас есть основания полагать, что все это было спланированной провокацией, и написали об этом заявление в надзорные органы и полицию. Что стоит за этой историей? Вы можете не поверить, но я пишу совершенно искренне, мы не знаем, кто и зачем все это мог организовать. У нас нет врагов. Но при этом мы понимаем, что вокруг — достаточно агрессивная бизнес-среда. Возможно, наши открытые цифры у кого-то вызывают зависть (хотя мы еще по сути стартап, и наша управляющая компания по-прежнему убыточна). Может быть, кому-то показалось, что мы богаты и могли бы поделиться? Если даже дела не выйдет, всегда ведь можно затаскать людей по допросам. Кто-то на нашем месте дал бы слабину — и был бы готов «договариваться».

Но это не наш путь. С самого начала мы ведем бизнес открыто — все на ладони, «Додо Пицца» де факто сегодня самая прозрачная частная компания в России. Нам сложно что-то предъявить. И мы всегда будем открыто защищать интересы компании, бизнеса, инвесторов, сотрудников.

Я не думаю, что атака преследовала серьезные цели — скорее это была разведка боем. В то же время мы почувствовали, что нас поддерживает множество людей — журналисты, бизнесмены, политики… Поэтому предполагаю, что для нас эта история на том и закончится. Мы не будем больше ходить на допросы, а дело против неустановленных лиц перейдет в разряд нераскрытых. Риски, которые создает наша публичность, никак не сопоставимы с той воображаемой выгодой, которую можно получить от нашего бизнеса.

Мы идеалисты, но мы никогда не идеализировали Россию. Эта история сделает нас сильнее. Мы намерены открывать пиццерии по всему миру в странах с разной бизнес-средой, и в Южной Америке и в Африке, и мы готовы к разным вызовам. Мы уже принимаем серьезные меры, чтобы не дать использовать наши пиццерии для противоправных действий. Мы поставили цель — сделать наши пиццерии самым некомфортным местом для любых криминальных элементов. Исключим возможность что-то спрятать в туалетах, закроем все люки и вентиляционные отверстия. Убедимся, что в пиццериях нет слепых зон для видеокамер. Введем регулярные проверки мест, в которых можно что-то оставить.

Ну и конечно, мы продолжим вести бизнес так, чтобы к нам просто невозможно было придраться. Мы по-прежнему будем вести бизнес открыто. И будем теперь готовы отстаивать интересы компании всеми законными способами.

Спасибо за поддержку!

Поделиться в соцсетях
  • 27
    Поделились

Оставьте комментарий

avatar
1000