Как раскрывали дерзкие убийства замужних сыктывкарок

Милиция искала маньяка на доверии

16:03. 3 марта, 2013  
  
3

Одним из наиболее значимых фигур в истории уголовного розыска сыктывкарского ОВД (позднее – УВД) 1980-2010-х годов стал Николай Иванович Шевченко. Его по праву можно назвать живой легендой столичного угрозыска. В 1981 году после окончания Днепропетровской школы милиции для дальнейшего прохождения службы Николай Шевченко был направлен в распоряжение МВД Коми АССР, а затем – в уголовный розыск столичного ОВД. Вначале в группу по розыску без вести пропавших и неопознанных трупов (в то время её возглавлял Иван Тарабукин, позже – Семён Верниченко)… В уголовном розыске Николай Иванович проработал более 15 лет. Затем работал в должности замначальника по оперативной работе в ГОМ №1 (городской отдел милиции), что находился на улице Карла Маркса. Далее – начальником первого отделения ОРЧ (оперативно-розыскной части) по раскрытию убийств, замначальника ОРЧ. Стаж работы в угрозыске – 30 лет, общий стаж службы в милиции – 35 лет. В звании подполковника милиции в возрасте 55 лет в 2009 году он вышел на пенсию. 

 

 

 

Вот некоторые эпизоды из жизни сыщика Шевченко, рассказанные непосредственно им самим.
 
 
Шёл июнь 1989 года. Я – старший инспектор уголовного розыска ОВД Сыктывкара. В доме №49 по улице Орджоникидзе совершено дерзкое убийство. В одной из квартир проживала семейная пара – Сергей и Таня Тимушевы (фамилия изменена). Муж Татьяны работал в одной из строительных организаций города экспедитором. Как-то около полудня он заехал домой, поднялся на свой этаж, подошёл к двери, но открыть её не смог – дверь была заперта на замок изнутри. Стал стучать, звать жену. Вдруг услышал шаги в квартире. Первое, что пришло в голову, – в квартире жена с любовником! Неожиданно дверь распахнулась, из квартиры вышел мужчина лет 35-ти, высокого роста, крепкого телосложения – в очках и с чемоданчиком в руке. Тот обратился к оторопевшему Тимушеву: «Ты заходи, мужик, не бойся». Незнакомец зашёл в лифт и спустился вниз. Сергею показалось, что кейс и очки из его квартиры. С затаённым сердцем зашёл в квартиру. Ни на кухне, ни в ванной супруги не было. Направился в комнату,  и здесь ему открылась страшная картина. На полу лежала обнажённая Татьяна без признаков жизни…
 
Тимушев сразу позвонил в милицию. Прибывшей оперативной группой было установлено, что смерть женщины наступила от удушения. Приметы предполагаемого убийцы по описаниям мужа оказались скудные. Лица он вспомнить, сколько ни силился, не мог. Невозможно было даже фоторобот составить. Дальнейшая судебно-медицинская экспертиза определила, что перед смертью потерпевшая была изнасилована. При осмотре места происшествия установили, что из квартиры похищены несколько альбомов, в которых  хранилась коллекция старинных монет.  Началась кропотливая работа по раскрытию преступления – привлечена была почти половина сотрудников уголовного розыска.
 
Минул месяц, а ощутимых результатов не было, как и стоящей оперативной информации.  В первую очередь, на причастность к убийству проверялся муж потерпевшей. Но у того было железное алиби. Расследование зашло в тупик. Как ни старались оперативники, но преступника установить не удавалось. Тут же выдвинули предположение, что человек, совершивший это убийство, может пойти на аналогичное преступление. И, как говорится, накаркали…
 
Однажды загорелся частный дом по улице Нагорной, в нём проживала семейная пара. Жена, назовем её Ира Сорвачёва, – продавец одного из магазинов Сыктывкара, муж Игорь – начальник расчёта пожарной части. И надо же было такому случиться, что на пожар выехала именно группа Сорвачёва – довелось ему тушить свой собственный дом. Поначалу он был в шоке от увиденного, но, когда обнаружил навесной замок на входной двери в дом, успокоился. Решил, что жены Ирины в доме не было. Тут же возле горящего дома бегала кошка, которую обычно, уходя, выпускали на улицу. На пепелище пожарные определили несколько очагов возгорания. А на обугленном паласе обнаружили тело человека, полностью обгоревшее. Игорь тут же сказал, что это его жена.
 
Все эти события произошли глубокой ночью. Рано утром меня подняли: я вошёл в оперативно-следственную группу, которую возглавил следователь Александр Мищенко (в настоящее время – судья Верховного суда РК, председательствующий по делу о поджоге ухтинского ТЦ «Пассаж»). В ней был и инспектор угрозыска Владимир Попов. Нам было дано задание – срочно выехать на место пожара, провести повторный осмотр места. Мы просеяли буквально через сито всё то, что осталось от дома. Перед нами стоял вопрос: умышленное ли это убийство или несчастный случай, может, роковая случайность? И мы на него ответили: да, это было убийство. Мы пришли к этому выводу тогда, когда не обнаружили золотых серёжек несчастной Ирины, её колец и кулона. Если бы это был случайный пожар, тогда все дорогие украшения мы бы нашли. Тем более, по утверждению мужа, всё золото было на Ирине…
 
Расследование началось с опроса знакомых убитой. В первую очередь,  мы сосредоточились на работницах магазина, где она работала. Одна из них рассказала, что к Ирине в начале мая несколько раз приходил какой-то мужчина лет 35, напрашивался в гости. Коллегам она поведала, что он несколько раз провожал её домой. Но установить его данные сразу не удалось. И тут нам помог случай. Мать Иры передала следователю Александру Мищенко список, где было человек 100, которые, возможно, могли бы быть причастны к расправе. И тут Мищенко обратил моё внимание на то, что в этом списке есть некто, назовём его Олег Симонов, уголовное дело в отношении которого он расследовал в самом начале своей карьеры следователя (тот во время ссоры со своей девушкой  нанёс ей в живот удар металлическим прутом, за что отсидел срок). Тогда я решил начать проверку на предмет его причастности к убийству. Установил, что он работает грузчиком в одном из магазинов Лесозавода (микрорайон в Сыктывкаре – ред.). Я подошёл к Владимиру Силаеву (тогда – замначальника ОВД), и вместе мы с трудом уговорили прокурора города, чтобы он дал санкцию на проведение обысков по месту работы и проживания Симонова. Прокурор сказал: «Оснований для проведения обыска не вижу, санкцию даю на свой страх и риск». 
 
Мы со следователем выехали в магазин, где работал Симонов. Когда в подсобном помещении я открыл ящик, где тот хранил одежду, то оторопел: на дне лежали альбомы с монетами, похищенными из квартиры по Орджоникидзе. Тут же попались на глаза и очки, принадлежавшие Сергею Тимушеву. Я не подал виду, что узнал альбомы. Симонов же сказал, что эти раритетные монеты принадлежат ему. Обыск прошёл, как говорят у нас в сыске, «в масть». Звоню из магазина Силаеву, говорю, что убийца с большой долей вероятности известен. Доставляю его в отдел милиции, а сам отправлюсь на обыск по его месту жительства. Там нас также ждёт неожиданность: в комнате подозреваемого в тумбочке находим фотографию Ирины Сорвачёвой.  Тут же в коробочке обнаружены золотые изделия, те самые, что пропали с пожара по Нагорной (он снял их с потерпевшей, а позже поджёг дом). Благодаря этому обыску, а именно – изъятым вещам, мы впоследствии раскрыли ещё десять квартирных краж, которые совершил Симонов. А те его преступления, о которых я рассказываю, были совершены при следующих обстоятельствах.
 
С Татьяной Тимушевой Симонов познакомился в одном из спортзалов города – вместе ходили на волейбольную секцию. Несколько раз бывал у неё дома. Однажды Татьяна объявила, что прекращает с ним всякие отношения. Вот тогда-то он и задушил её ремнём, а перед этим изнасиловал. Когда в дверь квартиры позвонил муж, Симонов увидел его в глазок и решил его тоже убить прихваченным на кухне топориком. Но передумал. 
 
Что касается убийства на улице Нагорной, то события там развивались в следующем порядке. Преступник ждал свою знакомую Ирину в день убийства возле её дома, после стал нагло приставать к ней. Та сказала, чтобы он уходил, объяснив, что должен заехать муж. Симонов продолжал гнуть своё. Когда она пригрозила, что расскажет мужу, Симонов решил задушить её, а после убийства снял с женщины все золотые украшения. Дом поджёг. 
 
Как выяснилось в ходе следствия, Олег Симонов состоял на учёте в психиатрической больнице. Ходил по городу, фотографировал молодых женщин, затем приглашал их к себе домой – якобы для того, чтобы отдать снимки. Здесь он насиловал их. В милицию никто из этих дам обращаться не рискнул, так как почти все они были замужем…
Поделиться в соцсетях

guest
3 Комментарий
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
Лукин
Лукин
03.03.2013 22:56

Нет, ну что за наглость. “Прокурор сказал: «Оснований для проведения обыска не вижу, санкцию даю на свой страх и риск»”. По факту – сговор следователя с прокурором. Опер на обыске подкинул золотишко невиновиновному, и под пытками выбил показания. Опера, следователя, прокурора – под следствие. Невиновного – реабилитировать и выплатить моральный… Читать далее »

Хабал
Хабал
03.03.2013 23:00

Абсолютно точно. Совершенно верно.

Север
Север
09.06.2013 22:12

Дело было громкое, кое-какие детали здесь опущены. Одну из девушек знала лично. Разговаривала с родственниками, поэтому ситуацию немножко представляю. О невиновности здесь не может быть речи, никто никому ничего не подкидывал. Кое- какие моменты здесь не озвучены, ФИО и даты изменены. Кстати, первый случай был на слуху, довольно долго его… Читать далее »