К 96-летию бывшего воркутинского зека, писателя Виктора Рубановича

В московском издательстве «Возвращение» недавно вышла книга автобиографической прозы писателя - "Адрес – лагпункт Адак"

Автор:   
13:22. 25 ноября, 2012  
  
0

Нет и намёка на усталость

«Адрес – лагпункт Адак». Под таким названием в московском издательстве «Возвращение» вышла недавно книга автобиографической прозы Виктора Яковлевича Рубановича. Надо же было такому случиться, что в мае 2012 года, когда я находился в гостях у составителя этой серии воспоминаний С.С. Виленского, ему из Нижнего Новгорода позвонил Виктор Яковлевич. Совпадение? Ещё какое! Виленский тут же передал мне трубку, и я услышал моложавый, задорный голос, без каких-либо намёков на жизненную усталость, а ведь этому человеку было уже далеко за девяносто…
 
Да, сегодня, 22 ноября 2012 года, Виктору Яковлевичу исполняется 96 лет. А всего с десяток дней назад он выполнил мою просьбу и прислал мне упомянутую книгу воспоминаний. С автографом…
 

Нашли общий язык

Начиналось наше знакомство тяжело, хотя я сам понимал, что ответ Рубановича на моё первое письмо мог быть и таким. Было 9 лет назад. «Удивлён, – написал он, – и очень недоволен тем, что С.С. Виленский передаёт кому бы то ни было мой адрес, таких полномочий я ему не давал. Об этом ему напишу. Полагаю, что на этом наша с Вами переписка закончится. Мне 86 лет, и всё это уже мне не нужно. С уважением…»
 
И затем, сжалившись, видимо, надо мной или слегка остыв, Виктор Яковлевич делает приписку: «Всё же для пополнения Вашей картотеки (хоть это, на мой взгляд, суета): 1.Годы жизни 1916 – ? 2.Арестован в 1937 г. 3. Обвинение – участие в террористической организации студентов Московского архитектурного института (сплошь миф). 4. Осуждён Особым совещанием на 5 лет. 5. Отбывал в Воркутлаге (строительство железной дороги, лесозаготовки, с 1938 г. – на инвалидном лагпункте). 6. Освобождён в 1942 г. 7. Реабилитирован в 1956 году. ВСЁ!»
 
Столь резкое письмо может заставить отступить любого, но я был готов к такому восприятию своего обращения, ибо вторгался в настолько личное, с чем не всегда хотелось делиться с кем-то тому, кто прошёл через лагеря и ссылки. Впрочем, в моём следующем письме, «письме непослушания», всё это объяснено:
 
«Напрасно Вы столь обидчиво говорите о С.С. Виленском: им руководили чувства, которые заставляют и меня работать в этом направлении: нужно сохранить, собрать всё, что звучно называют ГУЛАГом, в частности, Воркутлагом и прочим лагерным Севером… И прошу понять, что это не простое любопытство, а стремление составить словарь «лагерников», писавших воспоминания, прозу, поэзию… Поймите и помогите по мере возможности! Простите, пожалуйста, что я ослушался Вашего предупреждения о прекращении нашей переписки…»
 

А судьи кто?

В ответном письме Рубанович дал понять, что я не только понят, но и прощён: «Ваше письмо… заставило меня искренне пожалеть о моём неоправданно обидчивом тоне в предыдущем письме к Вам…».
 
Итак. Непонимание позади. Я получаю от Виктора Яковлевича фотографии, получаю ответы на мои (а их много, и они назойливы) вопросы…
 
Родился Виктор Яковлевич Рубанович в 1916 году в Чернигове: школа, строительный техникум. рабфак, Московский архитектурный институт по конкурсу в 1935 году. А в 1937-м за участие в мифической «террористической организации студентов института» Военная коллегия Верховного суда СССР рассматривала дело этого «террориста» и отправила его на доследование, которого, впрочем, не было. За студента теперь взялось Особое совещание и осудило его на пять лет лагерей.
Так он попал в Воркутлаг. Сначала строительство железной дороги, потом пешим этапом на Печору – на лесозаготовки. Тяжёлые условия работы довели зека Рубановича до инвалидного лагпункта Адак, где и пробыл он три с половиной года, освободившись в 1942-м. Именно об Адаке, о людях, встреченных автором там, написано большинство рассказов и повестей Рубановича. 
 
После освобождения из лагеря Виктор Яковлевич восстанавливается в институте, который заканчивает в 1947 году. По распределению был направлен работать в Кишинёв, но оттуда был выдворен в 24 часа (статья 39 запрещала проживать в режимных городах, в число коих почему-то не попали Иваново и Кострома).
 
Вот как сам автор описывает ту часть своей биографии, которая пришлась на послевоенные годы: «В 1953 году я был амнистирован и смог переехать в Горький. В 1956 году был реабилитирован. В Костроме и Горьком работал автором-архитектором по реставрации памятников архитектуры. По моим проектам и под моим руководством восстановлен ряд памятников архитектуры союзного значения. Преподавал в Горьковском инженерно-строительном институте архитектурное проектирование и историю архитектуры…»
 

Тесно в этом мире

Я всегда считал и убеждался в этом не раз в своей исследовательской практике, что мир тесен. В 2007 году Рубановичу были посланы экземпляры сборника «Высокие широты», в котором опубликованы стихи и проза узников Воркутлага, в том числе и… самого Виктора Рубановича. И он обращается ко мне с неожиданной просьбой:
 
«В сборнике «Высокие широты» я обнаружил ещё одну знакомую фамилию – Марка Яковлевича Каганцова, родившегося в Воркуте в 1947 году. Дело в том, что в 1938-39 годах со мной на Адаке был и со мною дружил обаятельный человек и редкостный чудак Яков Борисович Каганцов, математик из Севастополя, окончивший Одесский университет. В 1939 году с Адака куда-то этапирован и дальнейшая судьба его мне неизвестна. Тут слишком много совпадений – отчество, фамилия, да и на шарже он очень похож на Яшу Каганцова – о Яше я написал в своё время небольшую повесть «Чудак Яша Каганцов», она есть среди моих рассказов и повестей в архиве (журнала) «Воля» (опубликована эта повесть и в сборнике «Адрес – лагпункт Адак». Вот и решил я обратиться к Вам с большой просьбой: нет ли у Вас возможности достать адрес Марка Яковлевича Каганцова…».
 
Конечно, есть! И он действительно сын того Якова Борисовича, от которого у него и отчество, и фамилия, и наверняка само имя! Теперь Виктор Яковлевич имеет постоянную возможность общаться с сыном своего лагерного друга (кстати, это и большой друг «Красного знамени», наш постоянный автор с собственной рубрикой – «Кошмарики от Марика» – ред.).
 

Поэтическим словом

Помимо прозы, Виктор Яковлевич писал хорошие стихи, баловался таким жанром, как эпиграммы. Например, в 2005 году журнал «Вопросы литературы» опубликовал его «упражнения» на темы «Евгения Онегина». Вероятно, Виктор Яковлевич представил журналу «своего» Евгения Онегина после знакомства с книгой «Судьба Онегина» (2001 г.), в которой были предложены читателю различные варианты продолжения этого пушкинского романа в стихах. А скопилось таких продолжений ого-го как достаточно!
 
Онегин, старый мой 
приятель,
В Стране Советов без затей
Жил как обычный созидатель
И дожил всё ж до наших дней.
Хоть как-то раз 
под утро бойко
Ему пять лет 
влепила «тройка»
За то, что долго 
сквозь лорнет
Глядел 
на сталинский портрет. 
Что ж! Возлюбив соседа-урку, 
Он по-французски 
с ним болтал, 
Среди шпаны умом блистал,
Со шлюхой танцевал мазурку.
И оттого в бараке том
Прослыл забавным чудаком.
 
Ну и так далее. В воспоминаниях «Адрес – лагпункт Адак» обобщены рассказы Виктора Рубановича о солагерниках: историках и военных, уголовниках и писателях, о неукротимых и подавленных духом… Начальник лагпункта Раммо, высланный из Ленинграда после убийства Кирова, показан автором человеком нравственным и благородным (каким был на самом деле и по воспоминаниям других бывших зеков). Он презирает стукачество, он принимает проблемы заключённых, он понимает, почему они попали в лагеря…
 
По моей просьбе Виктор Яковлевич написал стихи «Лагерная поэзия» – это его взгляд на то, почему на зоне у человека появляется такая тяга к поэтическому слову, как тяжело давалось не столько написать, сколько сохранить написанное. Если не удавалось записать сочинённые строки, их запоминали, твердили другим, более памятливым, но любой ценой старались сохранить для будущего тот надрывный крик души. 
 
К сожалению, обо всём не расскажешь в кратком очерке о бывшем воркутинском зеке, Поэте и Человеке Викторе Яковлевиче Рубановиче. Здоровья Вам, Виктор Яковлевич!
Поделиться в соцсетях
  • 1
    Поделиться

avatar
1000