К 95-летию газеты. Японский синдром (ФОТО)

Краснознамёнцы считают себя патриотами газеты

Автор:   
21:29. 16 сентября, 2012  
  
0

Какое время, какие имена!

Как известно из социологии, существуют две разные модели формирования профессиональной карьеры – японская и американская. По японской модели человек приходит на предприятие или в организацию и, осваивая дело от азов до последних его тайн, хранит им верность до седин или смертного часа. Американская модель, наоборот, предполагает гораздо большее перемещение человека во времени и пространстве. Он задерживается на одном месте не более пяти-семи лет, а затем меняет место работы, а то и её характер.
 
Если с этих позиций взглянуть на кадровый состав редакции «Красного знамени» середины прошлого века, то нетрудно заметить, что в журналистских кругах той эпохи предпочтение отдавалось японской модели. Уже тогда львиная часть штата имела солидный стаж работы в одной газете. Это бывшие фронтовики Георгий Трофимович Луцкий, Евгений Анатольевич Наместников, Борис Исакович Горелик, Александр Захарович Ануфриев, Алексей Степанович Макаров, Владимир Павлович Шарков, прифронтовой журналист Юрий Александрович Кочев… Даже иные из молодёжи, например, Александр Рекемчук набирался в газете опыта уже 12-й год. 
 
Причём, как правило, в газете старались придерживаться специализации, набираясь знаний в той или иной отрасли экономики. Ануфриев и Кочев считались знатоками сельского хозяйства, выпустили несколько брошюр, посвящённых этой тематике. Луцкий, а затем и его более молодой напарник Владимир Огнёв прекрасно разбирались в специфике лесной промышленности. Помогал им в этом широкий авторский актив, охватывающий все крупные подразделения отрасли. Был в этой когорте, кстати, и ушедший из жизни на этой неделе бывший главный инженер ведущего объединения республики «Комилеспром» Николай Егорович Борский. 
 
Владимир Огнёв
 
Георгий Луцкий
 
В проблематике жилищного и промышленного строительства чувствовал себя, как рыба в воде, Павел Николаевич Сухоруков. А как работали на местах многочисленные советские структуры, досконально знали авторитетные журналисты Владимир Новосёлов, Евгений Наместников, Владимир Блинов и более молодой Игорь Кузнецов. 
 

Самая престижная рубрика

Но газета не скатывалась на рельсы узкой специализации. (За исключением, может быть, периода в два-три года при Василии Кушманове, разогнавшем всех ярких публицистов, в результате чего тираж издания упал с 90 до сорока тысяч экземпляров. Но сменивший его на посту редактора Георгий Козырев сумел буквально за год вновь поднять тираж). Статус влиятельного общественно-политического издания «Красное знамя» не снижало благодаря талантливым публицистам. В 50-е годы это были Александр Рекемчук, Борис Горелик, воркутинский собкор Валентин Гринер. В 60-е и 70-е – выпускники вузов Анатолий Смирнов, Виталий Мерц, Михаил Бриман, Владислав Чистяков, те же Новосёлов и Блинов. В то время и появилась в газете такая престижная для журналистов рубрика как «Мнение о факте». Считалось особой честью поместить свою заметку под этой рубрикой, к тому же и оплачивались такие публикации повышенным гонораром. Долгое время в редакции даже шли споры о том, чья это была идея. Приоритет оспаривали Новосёлов и Мерц, а чаще и удачней других примеряли эту рубрику к своему творчеству Смирнов и Чистяков. 
 

Опыт и талант – взрывная смесь 

Благодаря опоре на высокую публицистику и была создана в редакции почва, на которой взошли потом таланты нового поколения, и тоже в массе своей верного японскому синдрому. Почти точно такой же была картина и в комиязычной печати. Вот этот синтез профессионалов, понюхавших порох, и их несомненно даровитых последователей и составили ядро яркой журналистики республики. 
 
(Это сейчас молодые журналисты порхают из одного издания в другое, словно мотыльки, не успевая даже «лапок замочить» в житейских испытаниях, не говоря уже о приобретении серьёзного газетного опыта. Заявляю так вовсе не в упрёк нашему новому потомству: видать, наступает пора иных приоритетов, потребители старого газетного продукта стареют, а им на смену приходит молодёжь с ноутбуками).
 
Расцвет журналистики республики можно отнести ко второй половине прошлого века. Особенно в два периода той поры: первый (конечно, условно) – с 1962 по 1977-й годы и второй – с 1980 по 1995-й. Именно в эти годы «Красное знамя» имело наибольший тираж и наиболее ярких своих авторов.
 
Вспомним, кто тогда работал здесь, например, в 1970-м году. Редактор Александр Ануфриев. Два качества гармонично сочетались в нём: глубокое знание газетного дела и умение привлечь к нему самых даровитых людей, даже выше его самого по таланту. В то время заместителями редактора работали с ним Михаил Бриман (автор двух книг, а впоследствии собкор союзной «Советской культуры») и Владислав Чистяков (автор нескольких книг публицистики, впоследствии сам редактор «Красного знамени»). 
 
Секретариат возглавлял Виталий Мерц, отдел советского строительства – Владимир Новосёлов, наряду с замами тоже ведущие журналисты республики. Оба авторы книг, оба, один бывший, другой будущий, собкоры соответственно «Лесной промышленности» и «Комсомольской правды». А ещё в отделах блистали фельетонисты Анатолий Смирнов и Владимир Блинов, поэты Виктор Кушманов и Василий Журавлёв-Печорский, литератор Тофик Агаев, издавший впоследствии около десяти своих книг. 
 
Василий Журавлёв-Печорский
 
Валентина Маклакова
 

Ставим «на новенького»

Все в коллективе не гнушались вести селекционную работу. Писатель Александр Рекемчук рассказывал годы спустя: «Однажды, когда я был ещё собкором по Ухте, прочёл в родной газете стихи, подписанные – Василий Журавлёв. Они резко отличались от тех, какие сочинял московский поэт Василий Журавлёв, и я заинтересовался, кто их написал. Оказалось, автор живёт не в Москве, а в Усть-Цильме. Когда я по делам побывал в селе, заглянул и к местному поэту. Это стало для него весьма кстати, был Василий Михайлович с хорошего бодуна, от меня требовалось его «полечить», что я и сделал. Мы подружились, я ему и посоветовал, чтобы оградить свою поэзию от чужой, добавить к распространённой своей фамилии, так сказать, опознавательный знак. Так и появился у нас поэт Василий Журавлёв-Печорский. Интересно, что в конце века в газету пришёл и его сын Сергей Журавлёв, тоже ставший известным литератором».
 
Если в 60-е годы между старым и молодым поколениями газетчиков существовал некий разрыв в понимании друг друга, то в 80-е существенной разницы между ними, кроме возрастной, уже не было. Все имели высшее образование и никаких скидок друг перед другом не делали. Все стремились к уровню, который определял редактор и ведущие журналисты. Но об этом поговорим в следующем выпуске страницы «Без пяти сто».
 
Поделиться в соцсетях

avatar
1000