Ефим Твердов был делегатом «от зырян» на первом съезде крестьянских писателей

Жизнь, похожая на легенду

Автор:   
10:02. 19 августа, 2012  
  
0
Долгое время считалось, что на первом съезде крестьянских писателей в 1929 году единственным делегатом от Коми организации был Виктор Савин. Лишь позже выяснилось, что, кроме него, были ещё двое. Кто же они, одни из первых русских писателей Коми края? Это удалось узнать годы спустя писателю более молодого поколения – Василию Журавлёву-Печорскому – в период его работы в «Красном знамени». Об этом он рассказал на страницах газеты.
 

Ключ к разгадке

«Вытегра, ул. Кирова, дом 16, Твердов Ефим Григорьевич». Этот адрес я выписал из книги Резникова «Горький на Севере». В ней приводились слова Е.Г.Твердова (Хохлова): «В 1928 году я был принят в члены Всероссийско­го общества крестьянских писателей. В 1929-м меня пригласили на первый съезд «мужицких писателей» (так нас называли тогда). В то время я рабо­тал лётчиком в Заполярье, и мандат на съезд мне выдали от Коми-зырянской организации».
 
Ефим Твердов проводит экскурсию по городу Вытегре
 
Ключ к разгадке тайны был найден. Написал письмо Ефиму Григорьевичу и с большой радостью прочёл его ответ. Завязалась переписка, из которой всплыла удивительная судьба крестьянского сына Ефима Хохлова, ещё раз подтверждающая, как мало мы знаем о прошлом нашего края, о пионерах освоения его, о судьбах, похожих на легенды.
 

Крестьянская доля

Наши соседи вологжане жили до революции не лучше, чем крестьяне коми. В тяжкое время бабушка Ефима да­ла обещание Богу, что если он сохранит их деревню от чёрной смерти (в то время в вологодских краях свирепствовала оспа), то она пошлёт внука в Соловецкий монастырь. Отца уже не было в живых, мать во всём слушалась родителей, и судьба мальчика была решена.
 
Ефим воспитывался в семье деда, любил слушать его сказки и предания старины, но особенно – воспоминания о Севастопольской обороне. Дед показы­вал внуку золотую табакерку – подарок офицера ординарцу. Этим офицером был Лев Николаевич Толстой. 
 
По редкой случайности оспа обошла деревню Гридино стороной, и один­надцатилетний мальчик попал в «Божьи слуги». Но монахом он не стал. Спас его старец Абросим, к которому Ефим при­вязался с первых дней пребывания на Соловках. Он почувствозал ребячьим сердцем, что его наставник не такой, как другие монахи: не мучает его мо­литвами, работой. Абросим тоже присматривался к мальчишке, расспрашивал, за что его исключили из приходского училища. Однажды между ними произо­шёл разговор, который запомнился Ефиму Твердову на всю жизнь.
 
– Скушно тебе, Ефимушка? – спросил старец и дал ему книгу, на об­ложке которой стояло: «М. Горький. Рассказы». Были в книге «Макар Чудра», «Старуха Изергиль», «Челкаш», «Песня о Соколе». – Хорошая книжка. Но если кто узнает об этом – тогда я тебя съем. По­нял?
 
– Тебе здесь не житьё, –  не раз говаривал старый монах на берегу Святого озера, и Ефим понял его по-своему: вскоре с двумя товарищами на одновёсельной лодке он сбежал из монастыря, проплыв морем почти четверо суток.
 

Чуть не расстреляли

А вскоре началась первая мировая война. В двенадцать лет беспризор­ный мальчишка, боявшийся вернуться домой, где его ждало суровое наказание за нарушение обета, пристал к военным. Был подручным кашева­ра, потом ординарцем у одного поручика, а в пятнадцать лет за распростра­нение большевистских листовок его приговорили к расстрелу. Спасли от казни большевики.
 
Революция, всколыхнувшая страну от края до края, события, которые перевернули весь мир, уводили его всё дальше от родного Севера. Ефим Хох­лов стал курсантом Кремлёвской школы пулемётчиков. Как дорогую релик­вию хранит он снимок, где снят с товарищами рядом с Ильичом. На всю жизнь он запомнил и другое – ночь лбищенской трагедии, о которой мы зна­ем по фильму «Чапаев». Он был связным при штабе Чапаевской дивизии. В ту страшную ночь Ефим получил пять белогвардейских пуль и удар шаш­кой по голове. Чудом выжил, участвовал в других боях граж­данской войны, позже стал лётчиком, перенёс воздушные катастрофы (друзья тогда прозвали его Ефимом Бессмертным), воевал в Великую Отечественную и был тяжело ранен в небе над Штейнау в марте 1945-го.
 

Полёты на Севере и встречи с Горьким

Для нас, северян, это имя напоминает о тех, кто первыми открывал воздушные трассы над бескрайними просторами тундры и безбрежным морем тай­ги. Это Ефим Твердов с пилотами Дороховым и Орловым в 1932 году проло­жили трассу Нарьян-Мар – Усть-Уса – Воркута-Рудник – изба Никиты Заха­рова. Позже он совершил перелёт из Москвы на Север на гидросамолёте, побывал в Сыктывкаре.
 
В то время ещё больше окрепла дружба Ефима Твердова с коми поэтом Виктором Савиным, который не только писал о лётчиках, но и был од­ним из первых коми воздушных пассажиров. «Я знал в те дни Савина мало, но хорошо запомнил его по первому съезду крестьянских писателей, –  писал Твердов. – Третьим из нас был Александр Тарасов, будущий работник литфонда Союза писателей СССР, по­гибший в дни Великой Отечественной войны на посту редактора армейской газеты. Вместе с Савиным во время работы съезда мы встретились с Горьким, слушали его выступление, сфотографировались вместе с ним».
 
В одном из своих писем Твердов прислал воспоминания о первом съезде крестьянских писателей, где рассказывает о Горьком:
 
«Густые брови тяжело нависли над глубокими впадинами глаз. Усы казацкие, с проседью, обвисли. Лицо светлое, приятное. На левой ще­ке – глубокая морщина. В глазах – печать непомерной усталости. Его попросили выступить.
 
…Весь как-то выпрямился, стал ещё выше ростом и начал говорить медленно, тяжело выбирая слова. Даже предупредил вначале: «Гово­рить не умею». Но слушали каждое его слово, затаив дыхание.
 
После съезда Ефим Твердов побывал на даче Горького в Горках. Алек­сей Максимович долго расспрашивал его о Севере, интересовался жизнью северян. Окончился съезд, и Ефим Твердов вернулся на Север. Он не знал,  что встреча с великим писателем была лишь началом близкого знаком­ства с ним.
 
Рукопись первой книжки очерков Ефима Твердова «На путях» попала в руки Горького, и снова довелось автору встретиться с Алексеем Максимовичем. Ему запом­нилось: «Живите правдиво, будьте всегда искренни. От писателя – молодого и немолодого – требуется мужество и полная честность. О хорошем пишите со страстью, но и плохим возмущайтесь со всею силою. Надобно воспитывать это и в себе, и в других!»
 
На многих страницах рукописи своей первой книги Ефим Твердов нашёл пометки Алексея Максимовича, его замечания и предложения. Как при этой встрече, так и позже, в письмах, Горький расспрашивал о Севере. Интересовался oн и сказочником Чупровым из Усть-Цильмы.
 
Чупровых в Усть-Цильме много. О ком из них слышал Горький, кем ин­тересовался, откуда узнал о нём? Ефим Твердов не смог ответить на этот вопрос, так как «Чупрова мне никогда не доводилось видеть». А вот о север­ном сказочнике Степане Писахове, писателе Пэле Пунухе, вопленице Выжлевцевой он подробно рассказывал писателю, потому что хорошо знал их. А с ненцем Тыко Вылко и Марфой Крюковой познакомился по поручению Горького, чтобы узнать об их жизни, планах.
 
Может быть, в архивах Горького сохранились упоминания не толь­ко о Чупрове, которым он интересовался, но и об усть-цилемском крестьяни­не Николае Семяшкине, который, по словам его сына Юрия и близких родст­венников, писал стихи и держал переписку с Горьким? 
 

Последние письма

Ефим Григорьевич в письмах всегда интересовался Севером, жизнью людей, изменениями, происшедшими в Коми АССР за полве­ка, творчеством коми писателей. Он автор многих книг, в том числе и о Севере.
 
В одном из писем он поделился планами: «Пишу воспоминания о детстве, о Чапаеве, встречах с Горьким. Хотелось бы снова побывать на Севере, да здоровье пошаливает…»
 
Долгая и яркая жизнь Ефима Григорьевича Твердова похожа на легенду. Трудно поверить, что столько смог пережить и сделать один человек.
Поделиться в соцсетях

avatar
1000