В центре Сыктывкара сыщики вдвоём обезвредили банду

В первые месяцы 1990 года оперативная обстановка в Сыктывкаре вновь обострилась: резко участились кражи из квартир, а так же из кабинетов учреждений и предприятий города. В столичной милиции пришли к неутешительному выводу — в городе действует организованная преступная группа. Установить и ликвидировать её в самые кратчайшие сроки было получено уголовному розыску.

12:15. 31 января, 2015  
  
0

Третьего февраля дежурным по городу ГОВД Сыктывкара заступил Игорь Мингалёв — начальник убойного отделения (отделение по раскрытию убийств). Около полудня Мингалёва вызвал начальник уголовного розыска Василий Кирпичёнок и приказал подключиться к оперативной разработке доставленной с рынка женщины. Наряд ППС, обходя торговые ряды, обратил внимание на эту даму, в сумке которой находились различные вещи – мужские и женские шапки, несколько платьев, два комплекта постельного белья. И решил доставить её в милицию – для выяснения происхождения вещей.

Уголовный розыск в это время разрабатывал группу воров, в которую входили лица без определенного места жительства, многие были ранее неоднократно судимые. В эту преступную группу под прикрытием были введены два милицейских оперативных источника, один из них был на связи у Игоря Мингалёва, именно он и помог сыщикам выйти на след воровской шайки. Через час сотрудники милиции доставили с того же самого рынка и его.

Таинственный Славик

Мингалёв, осмотрев сумку, понимает, что вещи в сумке женщины – криминальные: все проходят по сводкам похищенного, причём украдены они были по пяти разным адресам. На допросе женщина упрямо твердила, что вещи ей поставляет какой-то Славик, а она их лишь продаёт.

1990 год. Игорь Мингалёв – начальник отделения по раскрытию убийств отдела уголовного розыска ГОВД Сыктывкара. Фото из личного архива Анатолия Соловьёва

Через пару часов у сыщиков сложилась чёткая картина. В Париже — городском районе Сыктывкара – действует ОПГ (организованная преступная группа) воров, возглавляет её некто Славик: то ли молодой парень, то ли даже мальчик. В конце концов женщина заявляет, что этому самому Славику – не более 13 лет.
Поверить в такое сыщики не могли. Мингалёв даже возмущённо спросил: «Ты что, с ума сошла? Во главе банды, которую в простонародье зовут воровской шайкой, стоит тринадцатилетний пацан? Хватит нас грузить, ты в уголовном розыске, а не на городском рынке». Но женщина упорно продолжает твердить, что Славик там за главного…

Самое интересное было в том, что информацию подтвердил источник Мингалёва, доставленный с рынка. А ещё он заявил, что даже под страхом смерти торговка не выдаст Славика. По его словам, воровская шайка живёт за счёт этого пацана, он им поставляет краденные вещи, а они их продают.

Оперативники принимают решение выпустить торговку, вернув ей краденые вещи. А вместе женщиной выпускают и источник Мингалёва: якобы, патрульно-постовая служба проводила рейд, но сыщики, допросив задержанных, криминала не обнаружили, а потому дежурный решил их отпустить.

Свободно вздохнув, отпущенные проходят за расположенные за отделом милиции сараи, где выпивают бутылку вина и идут в город. Только идут они не одни: за ними следовала «наружка» (сотрудники отдела наружного отделения). Где-то через час по рации Мингалёву стало известно место расположения дома в Париже, куда зашли отпущенные подопечные.

По следу воровки

Два сыщика, два Игоря – Мингалёв и Ионов – выезжают по указанному адресу. Это был частный деревянный дом, окружённый забором. Уже стемнело, а обстановка, надо сказать, сложилась довольно жуткая: собаки лают, вороньё летает, фонари на улице не горят. По рации запросили помощь, но дежурный ответил, что только через час могут подойти два милиционера: все на вызовах.

Делать нечего, опера решают на свой страх и риск действовать самостоятельно. Мингалёв стучит в двери, через несколько минут из дома доносится пьяный голос: «Кто?» Опер спокойно отвечает: «Открывай, милиция!». За дверью истерический смех, она открывается, на пороге стоит полупьяный, под два метра роста, мужик. Увидев два направленных ему в лоб пистолета, он теряет дар речи и послушно поднимает вверх руки. Вот так, с поднятыми руками, он и поднимается по лестнице, ведя милиционеров за собой. У двери в комнату, за которой слышны пьяные голоса и звон стаканов, мужчина останавливается и смотрит на сопровождающих, как бы спрашивая: «Что дальше?» Мингалёв приказывает: «Открывай!».

Мужик открывает дверь и вдруг кричит: «Братва, менты!» Толкнув верзилу в спину так, что тот чуть ли не кубарем влетает в комнату, оперативники врываются в комнату и… На секунду замирают: в ней за большим столом в разных позах восседают человек пятнадцать мужчин, всё тонет в клубах табачного дыма… Ну натуральная воровская малина! В голове Мингалёва проносится: «Обстановка – как в фильме про Шарапова «Место встречи изменить нельзя», только похуже.

Ситуация действительно была та ещё! Секунду или две на оперов смотрели полтора десятка пьяных мужиков, затем один из сидящих резко дёрнул провод на стене, и в комнате погас свет! Но совсем темно не стало: из соседней комнаты в дверной проём лился поток света, и оперативники увидели, что вся пьяная компания зашевелилась! Один из стоящих у противоположной стены заорал: «Братва, вали ментов!» Мингалёв понял, что если сейчас не предпринять что-то неординарное, дело может закончиться плачевно. Он мгновенно стреляет в потолок и кричит: «Граждане бандиты, внимание! Дом окружён, все выходы перекрыты. Предлагаю вам сдаться, патронов у нас на всех хватит!». В то же мгновение направляет пистолет в сторону кричавшего мужика и стреляет поверх его головы. И тут же, обращаясь к Ионову, говорит во всеуслышанье: «Странно, Игорь, я промахнулся!»

Дальше события развивались стремительно. По приказу милиционеров опешившие мужики сели на пол с поднятыми руками. Ионов подходит к тому мужику, что кричал и над головой которого пролетела пуля, поднимает его и резко спрашивает: «Где Славик? Повторять больше не будем, перестреляем всех. Теперь уж точно мой товарищ не промахнётся». Мужчина, ещё не отошедший от пережитого ужаса, молча показывает трясущейся рукой на стоящий в комнате диван. Мингалёв подходит к нему и говорит: «Славик, я сейчас начну стрелять по всем предметам, находящимся в комнате. Даю на размышления пять секунд».

Через две секунды раздаётся шорох, и из зад дивана, куда обычно складывают бельё, появляется худенький мальчик, ростом где-то метр пятьдесят. Мингалёв спрашивает: «Ты Славик?» Тот молча кивает головой…

Надо сказать, что стрельба и уверенные действия милиционеров так подействовали на полупьяную компанию, что никто больше не думал о сопротивлении. К тому же, как потом выяснилось, здесь собрались в основном мелкие жулики и воры. Никто из них не решился на нападение на представителей власти…

Трудный ребёнок

Через час, в пять приёмов, всех находящихся в притоне доставили в отдел милиции, где сыщики установили истинную роль «главаря банды Славика». Это был проблемный ребёнок, который не хотел учиться, часто сбегал из дома, а днём ходил по учреждениям и предприятиям. Тут нужно вспомнить, что в девяностых годах никаких секьюрити не было, тогда и вахтёры-то были редкостью, поэтому на худенького мальчика просто никто не обращал внимания. Славик заходит в любые учреждения, заглядывал во все кабинеты, и там, где не было людей, утаскивал всё, что плохо лежало: сумки, дорогие шапки, даже куртки. Всё украденное он передавал на продажу. Естественно, у него был покровитель и «наставник» в том притоне. Но это – уже совсем другая история.

А уже в отделе Мингалёв сказал Ионову: «Игорь, нам, видимо, Бог помог. Могли ведь и не вернуться из этого притона. А через два дня наши фотографии висели бы у входа в милицию в траурных рамках. И похоронили бы нас, возможно, с воинскими почестями. Да, видать, не судьба! Поживем ещё!».

Поделиться в соцсетях
  • 2
    Поделились

avatar
1000