Анатолий Гуменюк: «В жизни всё имеет цену»

Легенда отечественной нефтянки Анатолий Гуменюк принадлежит к когорте людей, в особом представлении не нуждающихся. Впрочем, для непосвящённых сделаю исключение: занимая высокие руководящие посты в РК и стране в период 1970 – 1980­-х годов, Анатолий Степанович участвовал в реализации планов, ставших поистине судьбоносными для нашего Отечества.

21:40. 20 сентября, 2014  
  
1

Лучшие качества своего характера – умение принимать верные решения и добиваться выполнения поставленных задач – он проявил ещё в то время, когда возглавлял Вуктыльское газопромысловое управление. Затем – на посту руководителя ПО «Коминефть» и, наконец, в должности начальника одного из главков Министерства химического и нефтяного машиностроения СССР, который он возглавил в 1986 году.

Поводом пообщаться с Анатолием Гуменюком, помимо Дня работников нефтяной и газовой промышленности, стало присвоение ему в конце августа звания почётного гражданина Республики Коми.

Эпохальный замысел

Впервые я взял интервью у этого человека ровно год назад, накануне его дня рождения, который он отмечает 23 августа.

Мой телефонный звонок застал его на подмосковной даче. После слов приветствия выяснилось, что в настоящий момент Анатолий Степанович пишет уже седьмую по счёту автобиографическую книгу, охватывающую исторический период в 100 лет – с 1914 по 2014 год.

– Я описываю своё восприятие событий, которые имели огромное значение сначала для царской России, затем – для Советского Союза, а теперь – снова для России, – так представил очередное своё поистине эпохальное произведение мой собеседник.

По его словам, в будущую книгу войдут несколько больших глав: «Детство и юность», «Созидание под лучами Северного сияния», «Московские коридоры», «Крах надежд», «Вера в будущее».

– Думаю, названия говорят сами за себя, – прокомментировал А. Гуменюк. – А шестая глава будет посвящена наиболее ярким моментам из жизни автора. Это уже – по настоянию издательства.

В тот раз Анатолий Степанович сообщил, что закончил две первые части, в которых рассказывает о событиях накануне и во время Великой Отечественной войны, а также о том, как он попал на Север, о знакомстве с людьми, которые там работали, в том числе и с репрессированными. В этой связи он, в частности, особо подчеркнул: нынешние разговоры о том, что Север обустраивали одни невинно осуждённые да ещё в условиях рабского труда, не имеют под собой почвы.

– Да, были и такие, но их было меньше. И это не голословное утверждение. Будучи начальником Ухтинского комбината (предтеча объединения «Коминефть»), я прочитал тысячи дел из архива МВД и знал, какой была степень вины многих. Тем не менее в этой ситуации люди работали самоотверженно и не под страхом наказания, как это хотят представить некоторые. Ничего подобного, никакого страха у людей не было. Они всё делали с чистой совестью, – так прокомментировал своё отношение к исторической правде А. Гуменюк.

Тогда же он сообщил, что приступает к третьей главе книги – «Московским коридорам». В ней он намерен рассказать о своих встречах по долгу службы с высшим руководством страны и о том, как принимались в то время решения, от которых зависели судьбы миллионов людей.

Итогом той беседы стала моя статья в «Северных ведомостях» (№32 от 16. 08. 13).

Коми всегда везло на профессионалов

Спустя ровно год я вновь один за другим набираю знакомые телефонные номера и через какое­-то время по одному из них застаю Анатолия Степановича, на этот раз в его московской квартире.

Он меня сразу же узнал и на вопрос «Как здоровье?» очень доверительно поведал: да, был инфаркт, но выкарабкался, а теперь вот ещё одна напасть приключилась – что­-то с глазом.

Приходится вновь ходить по врачам, которые настаивают на операции… Нет, говорить ему нетрудно, и он готов ответить на любые вопросы.

– Как подвигается работа над Вашей книгой? – в первую очередь спросил я и включил диктофон.

– Дело практически идёт к концу: из шести задуманных глав готовы пять с половиной. Но книга такая, что требует особого внимания после того, как она написана. Многое приходится уточнять, соотнося с тем временем, в котором ты живёшь.

– В этом году Респуб-лика Коми отмечает 85­-летие нефтяной промышленности региона. Как Вы, стоявший чуть ли не у её истоков, оцениваете всё то, что было совершено за этот долгий период?

– Я оцениваю это с позиции такой: в жизни всё имеет цену, что ни делается, делается к лучшему и кончается хорошо.

В самом деле, когда в 1990­-х нефтяная отрасль Коми практически развалилась, казалось, что восстановить её будет уже невозможно. Но пришли грамотные специалисты из «ЛУКОЙЛа» и квалифицированно взялись за дело. Возглавил его президент компании Вагит Юсуфович Алекперов со своей командой. За сравнительно короткий срок им удалось не только поднять отрасль из руин, но и вывести её на самый передовой уровень в России с точки зрения технологической. К слову, Республике Коми и, в частности, «Коминефти» на грамотных, преданных своей профессии специалистов везло на протяжении всей её истории.

– И в чём же конкретно выражается заслуга лукойловцев?

– Алекперов, его прежние представители в республике Владимир Муляк, Азат Хабибуллин и нынешний генеральный директор «ЛУКОЙЛ-­Коми» Пётр Оборонков вели и ведут дело таким образом, что им могут позавидовать все те, кто считает себя высококвалифицированными нефтяниками. Особенно если учесть, что более сложного, с точки зрения геологии, региона, чем Тимано­Печора, в России не было и нет. И нефть в столь трудных горно­геологических условиях в таких объёмах никто в стране не добывает.

Четвёртый по счёту орден за достигнутые успехи в освоении нефтяных и газовых месторождений Севера вручает А. Гуменюку Председатель Верховного Совета Коми АССР Зосима Васильевич Панев

– А в чём эти сложности проявляются?

– Во­-первых, это Уса и нефтешахты Яреги, где залегает тяжёлый трудноизвлекаемый углеводород. Шахтный способ добычи очень сложный уже сам по себе, тем не менее даже в этих условиях лукойловцы подняли там добычу на самый высокий уровень в мире. Во-вторых, это Харьягинское месторождение, которое трудно назвать чисто нефтяным, скорее, оно нефте­газо­парафиновое. Так вот, методы, которыми разрабатывается Харьяга, по­-своему уникальны. И придумали их классные специалисты «ЛУКОЙЛа».

Всё это меня, несомненно, радует. Я вижу, что труд, который вкладывали люди на протяжении нескольких десятков лет, принёс вполне заслуженные плоды. Вижу, что у нашего дела нашлись продолжатели, которые и сегодня успешно решают очень непростые задачи.

Об истинном и надуманном

– Анатолий Степанович, Вы уже упомянули о той разнице, что существует между истинным представлением о том, что когда-­то имело место быть, и интерпретированным. Приходилось ли Вам сталкиваться с чем­то подобным в последнее время?

– Я сейчас наблюдаю одну очень интересную вещь, которая неизбежна в жизни. Она всегда была, есть и будет, и влиять на неё очень трудно. Это субъективный взгляд людей, особенно в пожилом возрасте, на события, в которых они в той или иной степени принимали участие. Получается, что люди знают конкретные детали. Но в силу того, что прошло много времени, да ещё наслушавшись всего и вся со стороны, некоторые из них начинают фантазировать, представляя себе те события в таком искажённом виде, что просто диву даёшься.

В конце августа я был в Сыктывкаре, где мне вручили знак и удостоверение почётного гражданина Республики Коми – высшую награду, которую я разделяю со всеми нефтяниками и газовиками моего поколения. И там я встретил одного человека, который меня знает, потому что в своё время он работал мастером на 81­-й буровой. Я попросил его, если у него есть такая возможность, взять лист бумаги и написать свои воспоминания о том, как строилась эта буровая. «Так что мне описать те страхи, в которых мы жили? – удивился он. – Мы же там голодали, моя бригада неделями искала, где бы поймать рыбку, чтобы выжить. Мы думали только о том, чтобы поесть». Я был просто обескуражен. А потом ответил в том духе, что Вы, уважаемый, наверное, поменяли местами акценты. Я полагаю, что основная часть Вашей бригады тогда думала, как бы дело сделать, а потом уже искать поесть. Такова была тогда ситуация, таков был дух времени. Ведь люди ехали в Усинск по доброй воле, никто никого не тащил туда по принуждению. А Вы мне говорите о страхах. Какие страхи могли быть на 81-­й буровой, когда туда уже была проложена дорога, отсыпаны площадки и так далее? И потом, если у тебя, мастера, люди были голодные, так тебе бы теперь лучше молчать. Потому что оставаться голодным в том краю мог только тот, кто ленился… В общем, после такого разговора я не стал записывать фамилию этого человека и просить его воспоминания. Но свой адрес ему на всякий случай оставил.


– Скажите, пожалуйста, какие самые яркие моменты, связанные с коми нефтянкой, Вы сохранили в памяти до сих пор?

– Первый из них – начало трудовой деятельности в геологоразведке на Войвоже. Здесь я сразу же встретил очень много интересных людей, которые впоследствии стали моими учителями, наставниками, друзьями. Именно при их поддержке спустя всего лишь три месяца после студенческой скамьи меня назначили главным инженером механического завода.
Второй момент – это когда я возглавил «Коминефть», приступив к решению задач, которые многим в то время казались непосильными. И я попытался с ними справиться.

– Ну и как, удалось?

– Конечно! А ещё я на всю жизнь запомнил свои 23 партийных взыскания. Но и правительственные награды меня тоже не обходили.

– Наверное, их у Вас столько же, что и выговоров?

– Немножко поменьше (смеётся) – шесть орденов и пять медалей. Вот такая тогда была жизнь, одно компенсировалось другим.

– А какой след оставил в Вашей душе Усинск?

– Для меня памятен первый рейс в этот город, когда я во главе с руководством треста оказался в составе бригады, которая выбирала места для будущей экспедиции. Памятно, как там потом все развивалось. К сожалению, до сих пор не могу забыть, как затем всё здесь рушилось.

До сих пор нахожусь под впечатлением от нынешнего Усинска. Это очень красивый город, хорошо содержится. Всё это также заслуга людей, которые позаботились о том, чтобы окружающая обстановка отвечала их внутреннему духовному содержанию. Это относится и к «ЛУКОЙЛ­-Коми», и к «РН – Северная нефть», и к «Усинск-геонефть». Я знаю, что Пётр Васильевич Оборонков, Сергей Михайлович Нестеренко и Владимир Антонович Безрук оказывают в этом плане очень существенную помощь городским властям.

Что из столь богатого на события прошлого для меня самое памятное, сказать трудно. Что касается развития региона и отрасли, для меня важно всё.

– Что бы Вы пожелали неф-тяникам Тимано­-Печоры по случаю профессионального праздника и в связи с 85­-летием нефтяной промышленности Коми?

– Я бы хотел очень многих коллег поздравить лично, побывав в эти праздничные дни в Усинске. Но не знаю, получится ли. Во всяком случае, собираюсь… Хочется увидеть тех людей, кто меня сегодня поддерживает, а также тех, с кем я работал раньше. К сожалению, их уже мало осталось.

Всем усинцам хочу пожелать здоровья и счастья в личной жизни. Всяческого благополучия им и их семьям. А ещё – новых успехов в том нелёгком деле, которое называется добычей нефти в тяжёлых северных условиях.

– Анатолий Степанович, у Вас недавно был день рождения. Пользуясь случаем, хочу пожелать Вам в эти праздничные дни всего самого доброго, а главное – здоровья и долгих лет жизни.

– Спасибо. Вам тоже всего наилучшего. И прежде всего успехов в вашей благородной миссии, которую вы, журналисты, выполняете сегодня на Севере.

– Большое спасибо!

Поделиться в соцсетях

avatar
1000
1 Comment threads
0 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
0 Comment authors
Евгений Recent comment authors
новые старые популярные
Евгений
Гость
Евгений

Анатолий Степанович замечательный человек и энтузиаст, каких мало. Прекрасно, что он пишет книги воспомнаний и объективно оценивает события и людей.