Вспоминая Пименова

О влиянии яркой личности на её окружение

Автор:   
13:25. 19 января, 2014  
  
0

Год 2014-й мог бы стать своеобразной вехой в судьбе выдающегося математика, доктора наук, общественного деятеля, диссидента в советские времена Револьта Ивановича Пименова. 60 лет назад, в 1954 году, он получил диплом об окончании Ленинградского университета. 40 лет назад принял решение остаться на жительство в Сыктывкаре, куда его в семидесятые годы сослали из Ленинграда. 25 лет назад, за год до кончины, стал доверенным лицом знаменитого Андрея Сахарова на выборах народных депутатов СССР.

Увлекаясь, увлекал

Мы уже посвящали этому незаурядному человеку страницу в «Северной широте». Пять лет назад о нём рассказал в газете известный учёный-геолог, его друг, Яков Юдович. «Интеллектуально-духовный потенциал Пименова был так огромен, – писал Яков Эльевич, – что он мог практически без подготовки прочитать циклы лекций из области топологии, теории относительности, теории вероятности, истории России и СССР, философии, истории искусств, политологии или социологии. Револьт Иванович свободно читал литературу на пяти языках, наизусть знал «Евгения Онегина» Пушкина, «Двенадцать» Блока, «Спекторского» Пастернака…»

И вообще он оставлял неизгладимое впечатление у любого, с кем его сводила судьба. Посчастливилось познакомиться с ним и автору этих строк. В основном знакомство сводилось к игре в шахматы, которой Револьт Иванович увлекался самозабвенно, однако случалось, когда он открывался и с другой стороны. Как-то я встретил двух знакомых студенток СГУ, которые торопились на встречу с ним к нему домой для того, чтобы… прослушать лекцию о книге Булгакова «Мастер и Маргарита». Я тут же позвонил Пименову и напросился в гости вместе с ними. И, естественно, не пожалел, ведь литературоведческих работ по этому произведению писателя тогда и быть ещё не могло. 

Истоки

К личности такого масштаба как Револьт Пименов интерес никогда не иссякнет. Любопытно проследить его жизненный путь даже просто по биографическим сведениям. 

Первые годы жизни (1931-1990) Револьт прожил с матерью в Ростове. Потом были Магадан, снова Ростов, Москва и, наконец, Ленинград. Там Пименов поступил на математико-механический факультет ЛГУ. Но ещё в школьные годы у юноши наметился конфликт с советским строем. В университете это приняло уже открытую форму – он подал заявление о выходе из ВЛКСМ. В ответ он был помещён матерью и университетской общественностью в психиатрическую больницу (пробыл там полтора месяца). Его всё-таки исключили из комсомола, а следом и из университета. Формальный повод – за шум на лекции и пропуски занятий, реальный – личный конфликт с ректором по политическим мотивам. Впрочем, вскоре он был восстановлен и даже получил диплом на кафедре геометрии. 

И наука, и политика

Параллельно с учёбой работал преподавателем в вечерней школе. В 1955 году преподавал в Ленинградском технологическом институте пищевой промышленности, совершил первые научные открытия в математике, которые докладывались им на третьем Всесоюзном математическом съезде.

В марте 1956 года размножил на машинке доклад Хрущёва на закрытом заседании ХХ съезда КПСС «О культе личности Сталина» со своими примечаниями, занимался созданием подпольной организации для борьбы с советским правительством. Организация занималась размножением самиздата и листовок собственного сочинения. Через год был арестован по обвинению в преступной деятельности по  статье 58 (10-11) УК РСФСР. По делу было арестовано и осуждено пять человек, включая и отца Пименова Ивана Щербакова (по иронии судьбы Иван Гаврилович в гражданскую войну был… сотрудником ЧК). По приговору Револьт получил 10 лет и поражение в правах на три года.

За время отбывания наказания Револьт Иванович написал ряд работ по космологии и лингвистике, заинтересовавших видных учёных. По ходатайству некоторых из них, в первую очередь, академика Михаила Келдыша и поэта Александра Твардовского, в июле 1963 года он был освобождён условно. До 1970 года работал в Ленинградском отделении Математического института АН СССР, где защитил кандидатскую и докторскую диссертации. Написал много математических статей и книгу «Пространства кинематического типа», а также несколько исторических пьес и большое количество самиздатских статей, среди которых можно назвать работу «Происхождение современной власти». 

Как попал в Сыктывкар

В июле 1970 года Пименов вновь был осуждён на пять лет ссылки за распространение самиздата (реабилитировали его только в 1991 году). Отбывал ссылку в посёлке Краснозатонском близ Сыктывкара, а затем в самой столице РК, работал в Коми филиале АН СССР (впоследствии – Коми научном ценрте УрО АН СССР). По свидетельству бывшего сотрудника КГБ, открывшего через архивы многие тайны этой организации, Вениамина Полещикова, именно ему удалось посодействовать в том, чтобы учёный смог работать по специальности. Вот что он пишет в книге «Репрессированные литераторы»:

«Гласно за Пименовым было установлено наблюдение органами МВД, а негласно, как за неким «Петровым» (таким был его псевдоним по делу), наблюдал Комитет госбезопасности. Ведением дела на него занималось несколько работников, а затем было поручено мне. Я обратил внимание на то, что в отношении ссыльного «Петрова» наблюдается ряд нарушений законодательства. Так, в законе было сказано, что люди по месту ссылки должны использоваться в работе по своей непосредственной специальности, а учёный Пименов трудился пилоставом в посёлке Краснозатонский. Сослан он был в административную единицу «Сыктывкар», а перемещение ему было разрешено лишь в пределах Краснозатонского. Сам Револьт Иванович, конечно же, тоже не сидел сложа руки, обращался в поисках работы по специальности в соответствующие сыктывкарские организации, но везде ему отказывали в приёме под предлогом того, что Пименов будет вести воспитание молодёжи во враждебном советскому государству духе. 

Вскоре меня вызвали на доклад по делу Пименова в Москву, где я и заявил начальству, что, если подобное не прекратится, то я отказываюсь вести дало на «Петрова». К моему удивлению, московское начальство отнеслось с пониманием, и было решено пресечь изложенные мною нарушения. Интересно, что сам Пименов в это время написал в Верховный Совет Коми АССР письмо, в котором так выразил своё положение:  «Такое использование научного потенциала, это всё равно что покрывать бочки с квашеной капустой телевизорами…». Но никакого вразумительного ответа на это не последовало.

Через подставных лиц

Сразу же по возвращении в Сыктывкар, получив взбучку от своего начальства за самовольство в Москве,  я обратился к руководству Коми научного центра по делу Пименова и получил там понимание. Следующая задача состояла в том, чтобы Револьт Иванович, получивший к тому времени уже несколько отказов, вновь обратился в КНЦ с просьбой об устройстве на работу. Напрямую ему об этом, естественно, не скажешь, да он и не должен был знать об обнаружившейся вдруг опеке КГБ. Тогда я с помощью подставных лиц уговорил гордого Пименова вновь обратиться в Коми научный центр. И результат, к радости и удивлению учёного, оказался положительным. Ни он, ни его друзья так и не узнали о  подковёрных играх, которые мне пришлось вести.        

В феврале 1992 года по указанию генерала КГБ были подготовлены к уничтожению конфискованные ранее у Пименова рукописи и книги. Буквально из огня мне удалось выхватить рукопись, которая даже при беглом ознакомлении, как я понял, представляла историческую ценность. Я передал её учёному КНЦ Якову Юдовичу с просьбой возвратить её жене Пименова Вилене Анатольевне. Эта рукопись стала позже ещё одним подтверждением многогранного таланта Револьта Ивановича».

Действительно, Яков Эльевич подтвердил такой факт в разговоре с автором этих строк и даже вспомнил, о чём она была. Автор проанализировал в ней кадровый состав большевистской партии. Она была издана впоследствии под заголовком «Персоналии».  

В 1982 году, как писал Вениамин Полещиков, КГБ предприняло новую попытку арестовать Пименова. Однако этим планам не удалось осуществиться. В Москве, куда был вызван начальник следственного подразделения КГБ Коми АССР Туркин, арест Пименова не санкционировали. (Интересно, что, как подсказывает мне память, примерно в это время мой однофамилец приходил и ко мне в редакцию, чтобы прощупать, только ли шахматы связывали меня с Револьтом Ивановичем, но это я понял уже позже). Московский запрет разочаровал некоторых сотрудников КГБ. Сам же Полещиков считает, что в Москве так решили потому, что ещё в период ссылки в Сыктывкаре Пименова активно опекала и защищала такая организация как «Международная амнистия», а также видные академики и общественные деятели страны. В любом случае сама личность Револьта Ивановича рождала такую интеллектуальную волну, которая не могла не воздействовать не только на его друзей, но и на недругов.

Поделиться в соцсетях

avatar
1000