Игорь Губерман рассказал историю о Николае Бруни

Из книги «Штрихи к портрету»

Автор:   
21:06. 26 октября, 2013  
  
0
Яркая личность Николая Бруни, его необычайная трагическая судьба не могла не привлечь внимания журналистов и писателей. В частности, посвятил ему свою книгу другой знаменитый сиделец, автор доброго десятка нашумевших изданий прозы и поэзии, в том числе крылатых «Гариков на каждый день» Игорь Губерман. Отдавая дань болезненной теме репрессированных талантов, Губерман посвятил ему своё литературное исследование «Штрихи к портрету». Есть в этой книге романтическая история, случившаяся с Николаем Бруни в тот жизненный период, когда он исполнял данный Богу обет.
 
«Свою жену священник Бруни любил. Однако в жизни его внезапно возникла давняя приятельница ещё по юности в Петербурге. Вдруг появилась она в Москве, оглушённая и растерявшаяся во вздыбленном и опрокинутом времени. И прилепилась незаметно к их семье. Когда они собрались в Оптину пустынь, Вера попросилась с ними – дом-работницей, кухаркой, нянькой, только чтоб не оставили и взяли. 
 
Они поехали все вместе, и ни Анна Александровна — жена, ни Анна Александровна — мать, ждавшая их в Оптиной пустыни, ровно ничего не замечали. После заметила мать, но призналась в этом много поздней. Вера была ровесницей Анны, получила гимназическое образование, была неглупа, доброжелательна и флегматична. Сильных страстей в ней никто не подозревал, петербургские претензии и шарм она давно утратила, вовсе не была обузой в доме эта тихая молодая женщина, ненавязчиво существовавшая рядом. Привычная, немногословная, уютная и ничуть не претендующая на роль члена семьи или хотя бы близкого человека. Всюду для неё находился угол, она им вполне довольствовалась и всю домашнюю работу безропотно и навсегда приняла на себя, так что Анна позабыла даже о прежнем приятельстве на равных. 
 
Когда вдруг обнаружилось, что Вера беременна, за неё обрадовались все, кто её знал. Соседки намекали на пастуха. Время всеобщего доносительства ещё не наступило, так что пастух позже исчез. Анна собиралась с Верой поговорить, успокоить её, сказать, что пусть рожает и не волнуется, ребёнок будет своим в их семье. 
 
Ей не надо здесь оставаться, глухо сказал муж. Это ребёнок от меня. Если сможешь, прости меня, если хоть слово скажешь – послушаюсь и наложу на себя руки. Плевать, что смертный грех, я его заслужил. Я Веру не люблю и не любил, тут можешь мне поверить, так получилось. Николай Бруни объяснил. Вера много лет, оказывается, тайно любила его, здесь он стал догадываться, но вникать не хотел или боялся. А потом была случайная ночь. Он курил на крыльце, уже все в доме спали, когда Вера вышла и села рядом. Ровно и спокойно заговорила она, глядя прямо перед собой, что она его любит давным-давно, что счастлива просто быть неподалеку и что ей только одного на свете хочется в этой жизни: иметь ребёнка от него, что с этой тайной целью она и ездит за ними, никому не нужная, хуже собаки, но просить не смеет и об этом. Что-то ещё несвязное бормотнула, и прорвавшиеся рыдания заставили Бруни протянуть руку, чтобы успокоить её. Как всё дальнейшее произошло, он уже не помнил.
 
Об этом рассказала дочерям мать, строго-настрого приказав ни в чём отца не винить. Я его целиком понимаю, девочки, сказала она. 
 
Вера уехала в Москву и родила там сына, названного Николаем. С семьёй Бруни она больше не виделась. В тридцать пятом отдали туда рояль отца. Позже кто-то рассказывал, что Вера с сыном в настолько крохотной комнате жила, что сыну на рояле стелила, а сама спала на полу, но с инструментом расстаться не хотела – мальчик рос незаурядным музыкантом».
Поделиться в соцсетях
  • 8
    Поделились

guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments