В банковском секторе Республики Коми произошли значительные изменения

«Значительные изменения произошли и в банковском секторе Республики Коми. В связи со сменой места регистрации ОАО Комирегионбанк «Ухтабанк» количество самостоятельных банков сократилось до одной действующей кредитной организации (АКБ «Северный Народный Банк»), - сказал в своём выступлении на совещании представителей кредитных организаций в пятницу в Сыктывкаре председатель Национального банка Коми ЦБ РФ Сергей Миронов.

19:19. 8 апреля, 2014  
  
0

Одно это обстоятельство могло бы предопределить интерес «Красного знамени» к председателю совета директоров СНБ Сергею Сердитову. Второе – и главное: после скандального уголовного дела в отношении него, которое в конечном итоге было закрыто, банкир так и не общался с прессой в полноценном формате. Но для нас у Сергея Вячеславовича свободная минутка нашлась.

– Сергей Вячеславович, как вам удалось остаться единственным банком-резидентом Республики Коми?

– Хороший вопрос. По-видимому, за счёт специалистов. Всё зависит от мотивации тех людей, кого вы собираете вокруг себя. И как долго вы собираетесь с ними работать, от этого тоже зависит.

– А разве это не зависит от аппетитов, допустим, каких-нибудь московских или не московских товарищей?

– По Льву Толстому, как известно, каждая семья счастлива одинаково, а несчастлива по-разному. Интересы собственников того или иного банка бывают различными. У тех банков, которые здесь существовали, интересы отличались конкретикой. Вот «Ухтабанк», например. Он был связан с нефтяниками. Нефтяники же решили, что у них основной бизнес всё-таки нефть, а не банк, и ушли. Возьмём другой банк – МПИ-банк. Он работал с Сыктывкарским ЛПК. Но его собственники продали свои акции, а сам банковский бизнес их особо не интересовал. Очень много нюансов. Безусловно, всё зависит от того, как вы строите стратегию с точки зрения рисков, какой сектор рынка хотите взять и на долгие или короткие периоды хотите работать.

– Но, видите ли, события 2009-2010 годов объективно подвергали вас персонально и банк определённому риску.

– Конечно. Ну, такова моя ноша. Я работаю в рисковой зоне, причём не только для денег, но и для себя, потому что приходится применять некоторые довольно жёсткие решения в интересах собственников и вкладчиков. А если их не принимать, то вот такие ситуации, как в 2009 году, и могут произойти. У вас просто отнимут те активы, которыми вы сможете закрывать привлечённые вклады.

– Раз вы действительно были в зоне риска, поступали ли вам здесь, в Москве или не в Москве предложения, от которых, как правило, не отказываются?

– Да нет. В то время уже такой ситуации не было. Там тогда вопрос стоял чисто локальный: принимайте нашу залоговую собственность по такой цене, по какой мы хотим. А я им говорил: ребята, вы мне по ней платѝте проценты, меня ваша недвижимость не интересует. Как показало потом время, она выросла в цене, то есть я был прав.

– Как у вас сейчас обстоят дела с просроченными кредитами?

– Они на очень низком уровне.

– Вы так тщательно, рентгеном просвечиваете клиентов?

– Нет, ну такие дела, как просрочка, всегда существуют. Это только вопрос технологий. И если кто-то из-за задолженности проходит через стадию банкротства, то это жизнь. Потому что вы знаете: из десяти входящих в малый и средний бизнес через пять лет остаются три человека. Но для того, чтобы из-за дебиторского долга дойти до суда, а главное, для того, чтобы у вас суд закончился успешно, вы должны сначала грамотно сделать свою работу. То есть взять залоги, послать специалиста, чтобы он изучил, способен ли заёмщик справиться.

– Потому я у вас и спрашивал про рентген.

– У нас есть кое-какие проблемы в судебной стадии. Мы же не в безвоздушном пространстве находимся. Есть техника в залоге, которую мы не можем продать.

– То есть вы кого-то уже подводите плавно к банкротству?

– Мы никого специально не подводим. Подводит себя прежде всего сам человек. Это – не наша задача. Наша задача уже – получить то, что у нас заложено, или на ту сумму, что нам пытались заложить.

Наша справка.

Уголовное дело по обвинению в мошенничестве в отношении Сергея Сердитова было возбуждено УВД по Сыктывкару 30 сентября 2009 года. Сердитову вменялось мошенничество при реализации залога по одному из кредитов, выданных СНБ на строительство общественно-делового центра «Авалон» в центре Сыктывкара. 10 декабря 2009 года банкир был взят под стражу. Пробыв около двух недель в следственном изоляторе, Сердитов был выпущен под залог в 5 млн. рублей. В ноябре 2010 года уголовное дело было прекращено за отсутствием в действиях банкира состава преступления. Неофициальные источники связывали дело с интересом, который якобы проявляли к Северному народному банку и его активам так называемые «ставропольские» – фигуры из окружения бывшего министра внутренних дел Республики Коми Владимира Ерёмченко.

Поделиться в соцсетях

avatar
1000