Полезный вред

Что стоит за скандалом вокруг Монди СЛПК

15:43. 23 января, 2014  
  
3
На прошлой неделе в общественное сознание республики была вкинута добротная жареная тема. В общем виде она звучит так: на Монди СЛПК – предзабастовочная ситуация. Звучит очень впечатляюще и позволяет немедленно мобилизовать как внимание простой публики, так и реакцию людей, принимающих решения. Так оно, собственно, и получилось, но мы решили не ограничиться простым изложением фактов, а посмотреть, о чём же, собственно, идёт речь и, разумеется, qui prodest.
 

Кто сказал “баста”?

Вот как выглядит зачин этой истории: “Как стало известно БНК, на крупнейшем республиканском предприятии – ОАО “Монди СЛПК” – растет напряженность между коллективом и руководством. В редакцию агентства обратились сотрудники предприятия, которые поведали, что с нового года руководство компании заставляет персонал под подпись знакомиться с приказом, в котором работники добровольно должны признать, что они согласны на то, что социальные условия отныне ухудшаются. Подавляющая часть коллектива лишается компенсирующих надбавок за вредные условия труда. По информации рабочих, ухудшение условий вознаграждения за труд коснулось более четырех тысяч человек.
 
В декабре прошлого года руководство ОАО “Монди СЛПК” завершило аттестацию рабочих мест на предприятии. По российскому законодательству, такая аттестация проводится раз в пять лет. В начале этого года сразу после новогодних праздников сотрудники кадровой службы СЛПК начали знакомить персонал с приказом. Подписание приказа означает для каждого работника согласие “на изменение существенных условий труда”. Чтобы сотрудники коллектива ставили свою подпись, не задавая вопросов, исполняющий обязанности генерального директора Терентьев предусмотрел в своем приказе пункт: “В случае несогласия работников на продолжение работы в новых условиях… уволить по пункту 7 статьи 77 Трудового Кодекса РФ”. Угроза потерять работу на персонал не действует – по сведениям БНК, сотрудники “Монди СЛПК” категорически отказываются письменно соглашаться, что компенсации за работу во вредных условиях труда значительно снижены для большинства работников предприятия”.
 
Как видим, речь идёт о действительно не очень простой ситуации, хотя  поставившего свою подпись под приказом директора по производству Монди СЛПК, исполнявшего на момент подписания обязанности генерального директора, зовут всё-таки не “Терентьев”, а Игорь Третьяков. Но не будем придираться к коллегам: они же, судя по всему, беседовали с “рядовым сотрудником” комбината, который вовсе не обязан помнить, какая фамилия стоит под ужаснувшим его приказом.
 
Посмотрим, что скрывается за этой историей.
 

Как сфотографировать время?

Я не убеждён, что с такой процедурой, как аттестация рабочего места, хорошо знакомы, если вообще знакомы, большинство работающих в современных условиях людей. Аттестация – чрезвычайно длительная и, естественно, затратная процедура, а где нынче трудятся трудящиеся? Либо в офисах мелких фирм, либо на вахтах в Усинске и Воркуте. Что вы услышите от работодателя в ответ на вопрос: “Простите, а что показали результаты последней аттестации рабочих мест на вашем предприятии?” Правильно: либо “ха-ха-ха”, либо опубликовать ответ будет невозможно.
 
Но на таких крупных предприятиях, как ОАО “Монди СЛПК”, конечно, процедура аттестации предусмотрена, тем более ей привержены иностранцы (на всякий случай напомним, что контрольным пакетом акций комбината владеет транснациональная компания Монди). В 2009 году такая аттестация началась и завершилась только в конце 2013-го. Проводило аттестацию ООО “Лаборатория “Центра социальных технологий”.
 
Что подразумевает процедура аттестации? Когда вы сидите в кабинете или в операторской какого-либо цеха, к вам приходят девочки или тётеньки, часто – в сопровождении представителей профсоюзной организации (в случае с Монди СЛПК это было оговорено особо) и начинают замерять пространство, в котором вы работаете, температуру, уровень освещённости, шума, воздействия используемых химикатов и вибрации. Они проводят так называемое “фотографирование рабочего времени”, дабы понять, сколько его вы проводите в операторской, а сколько – непосредственно в цехе, а сколько – посвящаете обеду и т.п.
 
Совершенно очевидно, что когда это происходит, вы в лучшем случае улыбаетесь в усы и, если аттестующие барышни симпатичные, кокетничаете с ними, предлагая чаю; но чаще всего непрошеные аттестаторы вызывают раздражение, поскольку производят, на ваш взгляд, действия, категорически не подходящие под определение “работа” – в отличие от вас. Когда они покидают вашу операторскую, вы вздыхаете с облегчением. Ещё не представляя, чем это в конечном итоге может обернуться.
 

За фасадом аттестата

Аттестация – процедура, которую предприятия обязаны проходить не реже раза в пять лет. Монди СЛПК начало её в 2009 году ввиду своих масштабов. Численность персонала комбината – 5660 человек, и теперь просто умножьте это число хотя бы на час, а затем разделите на 24. Двести тридцать шесть полных суток. А иные рабочие места таковы (хотя бы на той же бумагоделательной машине, БДМ), что один замер пространства может занять не один час. Плюс отводим время для набивания, оформления и распечатки всех полученных данных.
 
Но для чего же, собственно, она нужна? Аттестация – инструмент многоцелевой. И главная из этих целей – понять, какого класса вредности рабочие места существуют на предприятии. Нынешнее трудовое законодательство делит их на четыре класса: оптимальные (обозначаемые кодовой цифрой 1), допустимые (2), вредные (3) и опасные (4). Вредные места – как понятие наиболее деликатное – делятся внутри себя ещё на ряд подклассов: 3.1, 3.2, 3.3 и т.д.
 
Далее объяснять, мне кажется, уже ничего не нужно. Вредные и опасные рабочие места, естественно, требуют соответствующих компенсаций от работодателя. Как денежных, так и временнЫх. Человеку, работающему на вредном рабочем месте, полагается надбавка к должностному окладу от 4 до 6% (в зависимости от тех самых .1, .2), а также дополнительный отпуск – от 7 до 12 дней.
 
Вредность работы влияет также на право досрочного выхода на пенсию, что по нынешним временам дефицита Пенсионного фонда крайне не поощряется правительством. Напротив, оно весьма благосклонно смотрит на те компании, которые улучшают условия труда своих сотрудников.
 

Зачем нужен вред

Аттестация была признана завершённой в начале декабря 2013 года, тогда же на Монди СЛПК было выпущено положение о видах, размерах и порядке предоставления компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а 30-го Игорь Третьяков подписал тот самый приказ, которым предписывалось ознакомить работников с итогами аттестации. Зерно приказа – изменение существенных условий труда. То есть признание, что на части рабочих мест произошло их улучшение и эта часть отныне не считается вредной.
 
Как сообщили “Красному знамени” в профсоюзном комитете Сыктывкарского ЛПК, аттестация выявила улучшение условий труда более чем на 2000 рабочих местах. Если вычесть управленческий персонал – фактически на половине производства комбината условия перестали быть вредными.
 
Именно тут и зарыта собака противоречия. При всех имеющихся объективных показателях (см. выше) и методиках оценки вредность – категория во многом субъективная. Вот возьмём такое рабочее место, как накатчик на бумагоделательной машине. Вредно ли целый рабочий день находиться рядом с такой машиной? Бесспорно: здесь ужасно шумно, естественно, высокая вибрация, чрезвычайно жарко и влажно. Тем не менее, несмотря на такие условия, в своё время накатчик именно рядом с машиной и находился, сидя в рубашке на табуретке, внимательно следя, не сбился ли бумажный поток, а если сбился, идя его поправлять и направлять. “Вредны ли условия твоей работы?” – можно было спросить накатчика. “Конечно!” – ответил бы он. И получал надбавку к зарплате и дополнительные дни отпуска.
 
Сейчас тот же самый накатчик 90% своего времени сидит в особой будочке за компьютером, с кондиционером, с вытяжкой, с постоянной связью со всеми необходимыми службами. Иногда, если случаются порывы, он выходит и к самой машине. “Вредны ли условия твоей работы?” – снова можно спросить его. “Конечно!” – ни минуты не задумываясь, снова ответит он.
 
И дело здесь даже не в сквалыжничестве. Такой ответ получится, скорее, по инерции. Сколько бы усилий и какие бы средства ни тратились на улучшение условий труда, “на ЛПК ВСЕГДА вредно работать”, – это ведь в наших головах аксиома, не так ли? 
 
В итоге складывается парадоксальная ситуация. На иных местах условия действительно улучшились, это видно даже невооружённым глазом, это зафиксировано актами аттестационной комиссии и подтверждено представителями профкома. Но признать это – значит, добровольно отказаться от надбавок и дополнительного отпуска. Значит – долой такое улучшение! Или по крайней мере – долой признание такого улучшения, ибо “на ЛПК всегда вредно работать”!
 
И в приказе действительно есть такие строки: “В случае несогласия работников на продолжение работы в новых условиях принять меры к трудоустройству, при невозможности трудоустроить уволить по пункту 7 статьи 77 Трудового кодекса”. Этот пункт – отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.
 
– Иногда люди считают, что обязанностью работодателя является исключительно распределение компенсаций за вредные условия труда и принимают как “вечное” дополнительные отпуска, денежные и прочие выплаты, – говорит Игорь Третьяков. – Однако перед предприятием как работодателем стоят иные задачи. Мы должны разрабатывать и реализовывать мероприятия по охране труда, позволяющие снизить производственные риски. К этому прежде всего, а не к сохранению компенсаций за вредные условия труда, должно стремиться каждое предприятие и нацелено Монди СЛПК.
 

Протест и проверка

Тем не менее, на комбинате действительно возник протест. Выразился он и в коллективной, и в индивидуальной формах. В адрес Коми рескома профсоюза работников лесных отраслей ушло письмо со 116 подписями работников ТЭЦ Монди СЛПК, в котором они “в корне не согласны с предоставленными нам результатами (аттестации – прим. ред.) по причине: 1. Так как аттестация и замеры проводились без представителей профсоюза. 2. Представленные льготы… имеют разногласия с постановлением правительства РФ №870 от 20.11.2008г.”.
 
В комиссию по трудовым спорам профкома СЛПК ушло и индивидуальное заявление – от обер-машиниста 14-й БДМ Аркадия Кисетова. Он протестует конкретно против сокращения дополнительного отпуска – с 12 до 7 дней.
 
Вот, собственно, пока и всё “предзабастовочное состояние”. При этом нельзя не признать, что в среде работников, конечно, сейчас глухое ворчание, идут тяжёлые разговоры и царствуют подозрения о новом, изящном способе сокращения. Благо предприятие уже пережило несколько таких сократительных волн, зашифрованных в красивые названия типа New Look (Новый взгляд), Fit to win (Нацелены на победу) и т.п.
 
– Сегодня, на этапе ознакомления с приказом, оно ещё ничего за собой не влечёт, – пояснил “Красному знамени” председатель профкома СЛПК Александр Слободчиков. – Согласие или несогласие работника на работу в изменившихся существенных условиях будет выявляться отдельными приказами, которые последуют, ввиду необходимости тщательного знакомства с аттестационными картами, не ранее февраля.
 
А в марте на комбинате пройдёт очередная конференция трудового коллектива, на которой вопрос аттестации явно станет ключевым.
 
Но реском профсоюза тем временем берёт свои меры. Председатель комитета Максим Синякин в интервью БНК заявил, что “аттестация прошла с явными нарушениями, замеры занижены или вовсе не делались там, где это было необходимо”. Так, по его словам, “той же горничной, работающей в гостинице, водителю легкового автотранспорта (который возит генерального директора) и дворнику-садовнику установлен более высокий фактор вредности (3.2 – 3.), чем работникам предприятия, например, в цехе приготовления химикатов, где у слесаря-ремонтника, согласно аттестации, оказались совершенно оптимальные условия труда. Фактор вредности не установлен, и в результате компенсации не положены”. И реском обратился в Государственную инспекцию труда по Республике Коми с просьбой проверить качество аттестации.
“Проверим”, – пообещала в среду руководитель инспекции Марина Каракчиева.
 
“Красное знамя” будет следить за ситуацией.
Поделиться в соцсетях

guest
3 комментариев
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
тесттест
тесттест
23.01.2014 16:40

тест

Мимоходом
Мимоходом
23.01.2014 17:01

Что там может ещё стоять кроме желания отдельных нехристей республиканского и городского масштаба попиариться, пока ещё время позволяет!?

Мимолетом
Мимолетом
24.01.2014 09:32

Может стоять ещё желание отдельных нехристей международного и отечественноиудского масштаба нажиться на персонале, пока ещё время позволяет. Кстати, может пресловутый Третьяков проходит в перечне агентов влияния как “Терентьев”? 😉 Или австрияки сами путают. Им без разницы, что аксакал, что саксаул… :)))