Захлопнутое небо

Мой отпуск, приятно напоённый бархатно-сезонным Крымом, завершился совсем не так красиво. Благополучно добравшись на обратном...

17:38. 11 октября, 2010  
  
2

Мой отпуск, приятно напоённый бархатно-сезонным Крымом, завершился совсем не так красиво. Благополучно добравшись на обратном пути до Москвы, из самой столицы я был вынужден уезжать совсем не так, как предполагал изначально, причём с тратой денег вдвое против ранее планировавшегося.

Интернет позволяет сейчас своими собственными руками подобрать подходящие тебе рейсы, авиакомпании и тарифы, и именно таким образом у меня сложился вполне устраивавший меня маршрут Сыктывкар – Москва – Симферополь – Москва – Сыктывкар, который любезно обязался обеспечить мне «Аэрофлот». «Аэрофлот» имеет определённую квоту на самолётах дружественной «Норд-Авиа», что обеспечивает трансфер из Сыктывкара едва ли не во все значимые аэропорты мира.

Аэропорт как несколько стадионов

Я без происшествий последовательно улетел в Москву, в Симферополь и опять (после отдыха) в Москву. В столице, правда, мне предстояло переночевать и провести почти целый день: так уж составилась маршрутная аэрокарта, что, впрочем, меня практически не тяготило. Я отлично переночевал у друзей, погулял по осенней Москве, ещё кое с кем встретился, после чего не спеша отправился в Шереметьево. Из Симферополя я прилетел туда же и там же, в камере хранения, оставил свой багаж.

Тому, кто давно не летал из Шереметьево, полезно знать, что самолёт прибывает уже совсем не в тот  ужасный обшарпанный, грязный и тесный аэропорт Ш-1, а в огромный, размерами гораздо больше иного стадиона, аэровокзал, носящий название «Терминал D» и сам в свою очередь входящий в ещё более невообразимый общий аэропортовый комплекс Шереметьево. Только в терминале D и только на одном из его этажей можно безболезненно проводить одновременно два футбольных матча. А таковых этажей, не считая как бы подземного нулевого, три.

Добраться до нужного тебе Шереметьево можно разными способами. Можно подешевле – наземным автомобильным общественным транспортом в виде автобусов (28 рублей) или маршруток (60 рублей), например, от метро «Речной вокзал». Однако бюджетные преимущества обратно пропорциональны временным: ситуация на Ленинградском шоссе нынче такова, что на маршрутку нужно закладывать как минимум час, причём благодаря тактической гибкости водителей поедете вы отнюдь не по Ленинградке, а, скорее всего, через Химки. На автобусы лучше сразу класть не менее полутора часов: скорость движения по шоссе – в лучшем случае 20 километров в час.

Внутри мегакуба

Но есть гораздо более быстрый способ добраться до Шереметьево – поезд-экспресс. Подобный поезд давно уже ходит от Павелецкого вокзала до Домодедово, и это удивительно удобно: сел – 40 минут движения без какой бы то ни было остановки – и ты в аэропорту. Для Шереметьево такую роль выполняет Белорусский вокзал, и поезд идёт ещё ходче, укладываясь всего в 35 минут. За эту приятность, впрочем, потребуется заплатить не очень милосердно – 300 рублей. Что ж, такова нынче цена московского транспортного коллапса…

Поезд приходит на платформу, общую для нескольких терминалов. Дорога от неё до нужного тебе занимает совсем не мало времени. Ты идёшь, едешь на движущейся ленте, снова идёшь, заворачиваешь вправо, заворачиваешь влево, проходишь многочисленные коридоры, залы и холлы, всё это в гудящем муравейнике других пассажиров и, возможно, провожающих-встречающих; наконец, выходишь в терминал D; но поскольку выходишь таким образом первый раз, то сходу оценить, в какое именно место этого стеклянно-гранитного мегакуба ты попал, довольно затруднительно.

Мне перед регистрацией предстояло, как я уже сказал, вызволить свой чемодан из камеры хранения. Она находится на том самом нулевом этаже, но, как это выясняется в процессе хождения по залу аэропорта (всё более убыстряющегося и невротизирующегося), далеко не всякий лифт способен довезти тебя туда. Способный обнаруживается… в кафе. Собственно, одна из его стенок как раз и представляет входы в лифт, и дело только в зоркости и сообразительности пассажира.

Куда рваться?

Камера хранения тоже отвлекает некоторое количество времени. Но всё же примерно за десять минут до окончания регистрации я, изрядно вспотевший от этой беготни, занимаю место в очереди к стойкам. Таковых для рейса на Сыктывкар обещано целых шесть. С моего места в очереди видно, что на самом деле открыты только четыре. Постояв ещё несколько времени, понимаешь, что реально работают только две (у двух намертво прилипли какие-то пассажиры, видимо, проблемные – то ли сами по себе, то ли из-за своих грузов). Причём эти две стойки обслуживают не только «Норд-Авиа» с её Сыктывкаром, но и «Дон-Авиа» с его Ростовом, и сам «Аэрофлот» с Мурманском, и, судя по всему, ещё какие-то рейсы.

Ожидание ощутимо изматывает, и, дождавшись, наконец, освобождения одной из стоек, я едва ли не бегу к ней, в надежде поскорее удалиться из этого Шереметьевского монстра в долгожданный аэроплан, который унесёт меня в родной город.

– Ой! – хлопает глазами миловидная блондинка (честное слово!). – А рейс-то ваш закрыт!

– Что значит закрыт? – недоумеваю я.

– Регистрация закончена. Взгляните на часы!

Это правда: часы показывают 20 часов 15 минут.

– Но я здесь, у стойки, где эта регистрация производилась.

– Но зачем же вы опоздали на неё?

– Но я на неё не опаздывал! – начинаю я вскипать. – Я встал в эту очередь в момент, когда регистрация ещё шла.

– Но я же не обязана следить за тем, кто на каком месте в какой очереди стоит!

Будучи «безбилетником», то есть купив так называемый «электронный билет», мне, наряду с паспортом, остаётся апеллировать только к маршрутной квитанции.

– Перед вами стоит живой пассажир, который заплатил деньги за то, чтобы улететь самолётом авиакомпании «Норд-Авиа» по квоте «Аэрофлота», – стараясь не срываться, чуть ли не по складам произношу я и протягиваю паспорт с маршрутной квитанцией. – Самолёт ещё не улетел, и есть более получаса, чтобы успеть пройти все формальности. Почему это невозможно сделать?

– Потому что мой компьютер «закрылся», – девушка ведёт себя совсем не агрессивно, похоже, она бы и сама рада «открыть» компьютер, в который сейчас пристально вглядывается. – А представитель компании уже ушёл сажать пассажиров на борт.

– Так свяжитесь с ним! – я всё-таки не кричу, хотя страшно хочется просто рявкнуть.

Подходит старшая смены.

– Что ж вы так?..

Я по новой, хотя и короче, излагаю ей суть произошедшего… начиная спиной чувствовать песок в незримых песочных часах.

– Ладно, подождите здесь, может, удастся поговорить с представителем… – и старшая смены растворяется в муравейнике.

– Лучше не здесь, – ещё минут через пять безрезультатного ожидания советует мне блондинка-регистраторша. – Идите лучше к окошку самой авиакомпании.

Я перемещаюсь к этому окошку и, в общем-то, уже всё прекрасно понимаю. На часах – 20.35, дай Бог, если не убрали трап. Представителя, естественно, ещё нет, а кассир, когда я излагаю ей суть дела, хохочет мне волчьим смехом прямо в лицо.

– Вы бы ещё ровно в минуту вылета встали в очередь!

Добавляя назидательно:
– Регистрация начинается за шесть часов до вылета.

?!

Но выказывать удивления я не собираюсь, потому что, во-первых, ещё не прошла пора чистого возмущения, а во-вторых, я понимаю, что каким-то задним чувством об этом догадывался. В момент, когда на мониторах вылета возникают номера стоек для регистрации, она считается начавшейся, и об этом совсем не обязательно должны возглашать по внутреннему радио. При этом хотел бы я посмотреть на человека, начавшего регистрироваться, например, в 14.50…

(К слову, на Белорусском вокзале, равно как и на Павелецком, есть возможность зарегистрироваться и даже сдать багаж ещё до отхода поезда-экспресса. Не исключено, что я бы именно так и поступил – не лежи мой багаж в недрах самого Шереметьево)

Наконец, появляется представитель «Норд-Авиа». До взлёта остаётся три минуты. Мне уже всё равно, и я в третий раз излагаю свою историю.

– Когда вы встали в очередь?

– Примерно в 20.00.

– И не успели?

– Не успел. Очередь фактически не двигалась. Вы предлагаете мне в такой ситуации расталкивать всех локтями и ногами и рваться к стойке? Откуда ж я мог знать, что, несмотря на своё физическое присутствие, несмотря на то, что я за месяц оплатил свой будущий полёт, меня не станут регистрировать – несмотря на то, что это было возможно чисто технически?

– Чисто технически, – веско отвечает представитель, – в момент наступления окончания регистрации компьютер просто вывешивает замок. И вам, если вы чувствуете, что опаздываете, следовало бы рваться не к стойке регистрации, а сразу ко мне. И то не факт, что я бы успел что-нибудь сделать.

В ситуации, в которой я оказался (включая психологическое состояние), мне оставалось ему только поверить.

Олени лучше

Но тогда вставал другой вопрос.

– На что же теперь я могу рассчитывать?

– Позвольте ваш билет.

Он долго разглядывает маршрутную квитанцию моего электронного билета, делает отметку об опоздании на регистрацию и с сожалением констатирует.

– Увы. Это не мы. Это вам нужно в «Аэрофлот».

Я плетусь к кассе «Аэрофлота» и в четвёртый раз угощаю своим безрадостным рассказом.

– Есть ли возможность переоформить билет, с понятными возможными потерями, на следующий рейс «Норд-Авиа»? – спрашиваю я, памятуя, что в советское время такое было возможно, ибо один раз, и тоже в Шереметьево, со мной уже случалось нечто похожее.

Кассир опять-таки долго вглядывается в паспорт, квитанцию, ожесточённо выщёлкивает что-то на клавиатуре, после чего смотрит на меня грустными глазами.

– Вынуждена вас огорчить. Самолёт 15 минут как в воздухе. Если вы хотите лететь, вам придётся купить новый билет.
 

…На следующий день я уехал из Москвы поездом.

Кто отказник?

Я не проверял Шереметьевский терминал D на наличие wi-fi. Допускаю, что оно там есть, и признаю, что наличие под рукой смартфона, ноут- или нетбука с wi-fi чрезвычайно полезно – хотя бы для того, чтобы, будучи взбешённым, немедленно выйти в Интернет, найти там правила перевозки авиапассажиров и попытаться на основе этой находки в чём-либо кого-либо уличить. Но я человек уже немолодой, мало продвинутый в современных коммуникациях, путешествующий, совестно признаться, без ноут-, нетбуков, айпадов, а свой телефон, теоретически способный выходить в Интернет, малодушно использующий в основном для звонков и смсок.

К тому же прошу учесть немаленький чемодан, сумку через плечо и общий удар пыльным мешком по темечку. В такой ситуации более думаешь о том, как и за какие средства выбраться из вдруг ставшей такой чужой и холодной Москвы, а ещё о том, где бы переночевать. Мысли о юридической мести откладываешь на потом.

Потом я посмотрел на внутренние правила «Норд-Авиа» и «Аэрофлота» (по крайней мере те, что выложены на их сайтах) и вообще не нашёл в них ничего, что было бы похоже на описание и регулирование моей ситуации. В утверждённых же Минтрансом РФ Общих правилах воздушных перевозок пассажиров, багажа, грузов и требованиях к обслуживанию пассажиров, грузоотправителей, грузополучателей говорится вот что:

«Пассажир должен заблаговременно, не позднее установленного перевозчиком времени прибыть к месту регистрации пассажиров и оформления багажа для прохождения установленных процедур регистрации и оформления багажа».

Никто не станет оспаривать здесь слова «заблаговременно» и «не позднее времени». Но вот уже к выражению «прибыть к месту регистрации» я вынужден подойти иезуитски. Что такое место регистрации? Аэропорт? Пространство вокруг стоек, где концентрируются желающие улететь? Или только сами сугубые стойки?

Что такое в этом смысле «прибыть к месту»? Приехать на платформу Шереметьево? Зайти в терминал, где должна идти регистрация? Встать в очередь на регистрацию? Или коснуться заветной стойки?

Это пока только теоретические вопросы, которые, однако, имеют практический смысл при квалификации дальнейших действий авиакомпаний – что «Норд-Авиа», что «Аэрофлота». По факту какая-то из них, либо обе, прекратили действие договора о воздушной перевозке меня из Москвы в Сыктывкар. При этом с моей стороны никакого добровольного отказа от полёта не было… если, конечно, не считать таковым факт отсутствия меня в списках зарегистрированных пассажиров. Согласно правилам воздушных перевозок, не было и моего вынужденного отказа, поскольку таковым признаётся лишь (если брать случай опоздания на самолёт) опоздание в связи с длительным досмотром, и то, если в ходе такого досмотра не обнаружено запрещённых к провозу предметов.

Таким образом, изложив свою историю, хотел бы спросить сначала авиаторов:
– могла ли бы «Норд-Авиа» – чисто технически – всё-таки зарегистрировать меня и пропустить на борт?
а затем юристов:
– обязан ли «Аэрофлот» компенсировать мне отказ от полёта?

 

 

 

 

 

 

 

 Фото сайта www.alenok.ru


Ситуацию прокомментировал юрист Александр Островский:

 

 

– Иск о возмещении стоимости билета нужно адресовать аэропорту, в котором это случилось, и авиакомпании. Последняя, скорее всего, будет винить в длинных очередях аэропорт, и это будет вам на руку.

Но существует проблема доказательства того, что вы действительно не опоздали. Если найдётся свидетель, который подтвердит, что вы пришли вовремя, но из-за большой очереди не успели  зарегистрироваться, то иск можно выиграть. А если нет свидетеля или других доказательств, то дела плохи…

В суд надо обращаться обязательно. Поскольку речь идёт о правах потребителя, пошлину платить не надо и бремя доказательства лежит на ответчике. В любом случае, от обращения в суд хуже не будет.
 

Поделиться в соцсетях

guest
2 комментариев
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
АА
АА
12.10.2010 09:55

а нам норд-авиа вернул часть денег за билет. мы заказывали тоже электронные билеты. когда пришли на посадку, то нам сказали, что наш самолет улетел вчера – короч, в офисе норда нам просто неправильно выписали билет, а сами мы не проверили.

Ольга
Ольга
03.11.2010 12:23

У моей подруги была аналогичная ситуация! Тоже отказались садить в самолёт, сказали вы опоздали, когда человек в очереди стоял! УЖАС!!! Это не первый случай,авиакомпании нужно срочно принять меры! Они просто себя позорят!