Непечатно (ОТВЕТЫ РЕСПОНДЕНТОВ)

Государство перестало быть равнодушным к языку, которым говорят СМИ

21:00. 21 апреля, 2013  
  
8

Владимир Путин подписал закон «Об административной ответственности за изготовление или распространение продукции средств массовой информации, содержащей нецензурную брань». Поскольку это произошло именно сейчас, именно при третьем сроке Путина, именно в череде многих других запретительных законов, документ органично лёг в сложившийся общественный, как принято сейчас говорить, дискурс (в большей степени сетевой), а потому автоматически получил в среде этой общественности ярлык «репрессивного». На самом деле его принятие интересно совсем другим: российское общество находится в таком состоянии, когда даже для элементарной гигиены приходится взывать к помощи государства.

 

Не пикнуть

Закон вводит новации в два документа – в Закон о СМИ и в Кодекс законов об административных правонарушениях. В Законе о СМИ изменению подверглась 4-я статья «Недопустимость злоупотребления свободой массовой информации». К первой её части – «Не допускается использование средств массовой информации… для распространения материалов, содержащих публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающих терроризм, других экстремистских материалов, а также материалов, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости» – добавлены слова «и материалов, содержащих нецензурную брань».

Нарушители этого положения будут караться штрафами. В статье 13.21 «Нарушение порядка изготовления или распространения продукции средства массовой информации» появилась 3-я часть с новым составом правонарушения. Он устанавливает административную ответственность для граждан, должностных лиц и юридических лиц за изготовление или распространение продукции СМИ, содержащей нецензурную брань. Согласно закону, редакции будут платить от 20 000 до 200 000 рублей, должностные лица — от 5000 до 20 000, граждане — до 3000, с конфискацией предмета правонарушения. Определять, что считается нецензурными словами и выражениями, будут эксперты-филологи. СМИ могут наказать и тогда, когда часть выражения будет скрыта или «запикана».

 

В камеру по матери

«Свобода приходит нагая», – сказал Велимир Хлебников, и в случае с российскими СМИ обнажение дошло до логической точки. До гласности нецензурная брань в прессе, на радио и на телевидении была немыслима. С наступлением гласности журналисты и редактора всё чаще были вынуждены озадачиваться дилеммой: вот мы решительно, невзирая на лица и звания, говорим об общественных недостатках, вскрываем социальные язвы – но довольно часто эти недостатки и язвы сопровождаются, например, такими цитатами или надписями, которые характеризуют время, нравы, места и обстоятельства (скажем, места заключения), но вроде как не могут быть процитированы в силу общественной нравственности. На выручку приходили многоточия и пищащие заглушки. Они же помогали цитировать классиков – Пушкина, например, или Маяковского.

Годы шли – и заглушки общественной нравственности становились всё более и более дырявыми. И вот уже, глядишь, словечко от Владимира Вольфовича прожгло телеэфир, да безо всякого писка. А там уже и газеты с журналами подтянулись, публикуя заветные слова без многоточий, сначала – в качестве цитат, а потом и сами по себе. Не говоря уже о художественном слове в виде, например, писателя Владимира Сорокина или групп «Гражданская оборона» и «Ленинград».

Наконец, наше телевидение обогатилось такими чудесными реалити-шоу как «Дом-2» и «Каникулы в Мексике», в которых с течением времени даже писк (или шуршание) стали длиться в эфире гораздо дольше собственно речи. Наконец, в декабре 2011 года журнал «КоммерсантЪ-Власть» опубликовал на своей обложке испорченный избирательный бюллетень с классической русской фразой о «пешем эротическом путешествии». Руководители журнала поплатились за это своими креслами, правда, ещё не в силу закона, а в силу ярости хозяев издательского дома.

Перед многими журналистами и редакторами СМИ Коми тоже иногда встаёт вопрос: публиковать или не публиковать некоторые высказывания тех или иных персон? Покойный первый Глава Коми Юрий Спиридонов, например, за словом в карман не лез, причём весьма часто эти «некарманные» слова звучали чуть ли не на официальных пресс-конференциях.

Но: они звучали, потому что Юрий Алексеевич был уверен, что в СМИ эти его выражения опубликованы не будут. В том числе и в оппозиционных ему. Не убеждён, что нынче подобная уверенность была бы обоснованной. Мат сейчас проникает не только в прессу, которую мы называем «жёлтой», но и в издания, считавшиеся до сей поры вполне респектабельными. Под словом «издания» я разумею, впрочем, не только и не столько печатный периодический информационный продукт. Речь идёт прежде всего об интернете, который, как показывает время, вскрывает одну напасть за другой. Чтобы сделать ресурс привлекательным, практически всякая редакция всякого СМИ сейчас делает его интерактивным, то есть даёт возможность читателям немедленно высказаться по поводу прочитанного в комментариях. С анонимностью и псевдонимами в этом случае бороться просто невозможно. Это в свою очередь открывает широчайшие двери для: а) прямых оскорблений, где нецензурная брань играет первейшую роль, хотя модераторы комментариев и стараются её вычищать; б) быстрого возгрева дискуссии до самых запредельных температур, что в иных случаях возгревает и саму редакцию ресурса, соблазняющуюся подначить свою аудиторию. Сейчас опубликуй, скажем, Швондер в интернете переписку Энгельса с Каутским, Шариков не ограничился бы знаменитым «Да не согласен я»…

И, конечно, разливанное море матерщины прёт в СМИ из социальных сетей. Учитывая, сколь тесно сейчас переплетаются эти медиа-явления, не всякий редактор избежит искуса цитирования и перецитирования.

Хотя так ли страшен чёрт, как его намалевали депутаты Госдумы? Недавнее исследование компании Public.ru, проанализировавшей публикации более 4600 СМИ в период с января 2010-го по апрель 2013 года, показало, что «закон о наказании СМИ за использование мата является явно избыточной мерой – подавляющее большинство средств массовой информации и так избегает обсценной (непристойной – прим. ред.) лексики». Есть стойкое подозрение, что инициаторы нового закона ориентировались не столько на традиционные СМИ, сколько сетевые, и даже не столько на них, сколько на сами сети.

 

Мнение эксперта

Закон об административной ответственности за нецензурную брань в СМИ возлагает обязанность определять её уместность на филологов.

– Я, видимо, имею дело с такими СМИ, которые не употребляют нецензурной лексики, поэтому мне сложно определить степень её уместности или неуместности на уже имеющихся примерах, – заявила «Красному знамени» заведующая кафедрой русской и коми филологии филологического факультета КГПИ Наталья Немирова. Но я считаю, что, конечно, это недопустимо. Думаю, что любой здравомыслящий человек, тем более женщина, вам именно так и скажет. Мы знаем, что обсценная лексика употребляется как средство стилистической выразительности – но не в СМИ во всяком случае. И если у редакторов не хватает своих тормозов, то да – такой закон нужен.

– Лично для меня использование обсценной лексики служит показателем внутренней культуры человека или ее отсутствия, причем прямой зависимости с уровнем образования здесь нет, – отмечает заведующая кафедрой русской и общей филологии СыктГУ Наталья Сергиева. – Не углубляясь, в вопрос о сферах употребления данной лексики, могу сказать, что в массовой информации ее употребление недопустимо. Мне, конечно, встречались случаи такого употребления, но уместным его назвать было нельзя. Понятно, что в межличностном общении вообще ничего запретить невозможно. Если общение с помощью мата устраивает собеседников, а рядом нет никого, кто бы сильно возражал, – пожалуйста. Однако речь не о межличностном общении. Работа в СМИ предполагает ответственность журналиста за слово, транслируемое им для массовой аудитории. Может быть, появление этого закона показывает, что в журналистском сообществе с этим не все в порядке? Как показывает практика, наибольший успех в решении этических и нравственных проблем для СМИ достигается путем самоограничений. Возможно, следует пойти этим путем?


Государственное ли это дело – следить за языком в СМИ?

Вера Скоробогатова, заместитель председателя Государственного Совета РК:

Медийное пространство влияет на умы и формирует человека, а значит, это в том числе и забота государства. Другое дело, что я не убеждена в необходимости принимать именно законы, и именно федеральные, на сей счёт. Государству, на мой взгляд, следовало бы больше стимулировать различные общественные кампании за чистоту языка. Потому что чем он чище, интеллигентнее и благороднее будет, тем больше у нас шансов воспитать по-настоящему культурную нацию.

Елена Соловьёва, журналист:

Если честно, я мата в СМИ особо не наблюдаю. Может, не те СМИ читаю. С другой стороны, есть некоторые контркультурные или маргинальные СМИ, рассчитанные на определённую аудиторию, где мат вполне уместен. Вообще меня беспокоит мода на запреты. Запрещать – бессмысленное занятие. Как показывает практика, запретами мало чего можно добиться. Обилие запретов – признак бессилия.

Павел Сафронов, главный редактор газеты «Твоя параллель»:

Государственное дело – принимать нужные гражданам законы, собирать и справедливо распределять налоги и защищать границы. Всё. Читатель сам решит, какое СМИ ему читать – с матами (а разве такие были?) или без матов. Если мат будет востребован, то будут процветать матерные СМИ (Господи, какой бред мы обсуждаем!), если обществу мат противен, то матерное СМИ закроется из-за низких тиражей и отсутствия рекламы.

Надежда Мирошниченко, секретарь Союза писателей России:

Вообще следить за нравственностью – это государственное дело. Раньше этим занималось православие. Но у нас светское государство, которое на самом деле не представляет, как спасать собственный народ. Вот и приходится принимать закон. Разнузданность некоторых СМИ, прикрывающихся свободой слова, нагнетает озлобленность в обществе. А вот преодолевать озлобленность и не допускать напряжённости и есть дело государства.

Игорь Жеребцов, директор Института языка, литературы и истории Коми научного центра УрО РАН:

Мне вообще не нравится употребление в любой печати (подразумевая под этим и электронные СМИ) нецензурных слов. Они не зря издавна называются непечатными, то есть неприемлемыми для печати. Такие слова, вероятно, терпимы только в узком кругу людей, общающихся «накоротке», когда надлежит подчеркнуть простоту, неофициальность, доверительность отношений между собеседниками, и то лишь в том случае, если это не коробит никого из присутствующих. Случается, конечно, что иногда в фильме неожиданное крепкое (и то не слишком) выражение персонажа создаёт комический эффект, и взрослые зрители рассмеются. Но не дай бог услышать что-то подобное в эфире, сидючи с детьми и внуками…

Поделиться в соцсетях

guest
8 комментариев
старые
новые популярные
Inline Feedbacks
View all comments
влад
влад
22.04.2013 08:29

не буду вступать в полемику – всё спорно. Иногда мат лучше красного словца- иногда.

Антихабал
Антихабал
22.04.2013 10:51

После подписания ,давно ожидаемого постановления, у многих псевдожурналистов накроется ЖЖ,так как кроме мата и пошлятины им привлечь читателя было нечем. Надеюсь,что скоро из СМИ будут всё таки увольнять и не подпускать на пушечный,людей не имеющих образования,изъясняющихся на мате и фене,через деуки,сиськи, письки. Я жду соловьёва,хабалкам не место в СМИ. Им… Читать далее »

я тоже не буду вступать в полемику
я тоже не буду вступать в полемику
22.04.2013 11:50

Потому что полемизировать не о чем. Мату не место ни в СМИ, ни в любом другом общественном месте! И точка!!!

Ольга Хмара
Ольга Хмара
22.04.2013 17:07

…правильно, всех к ответу, всех в зендан! Первым пойдёт Бродский:

Идёт четверг. Я верю в пустоту.
В ней как в Аду, но более херово.
И новый Дант склоняется к листу
и на пустое место ставит слово.

Вот только не надо)
Вот только не надо)
22.04.2013 17:13

Бродского ставить на один уровень с провинциальными неучами с хабальским нутром, с соловьёвыми,сафроновыми) Они во всём полный ноль,и по всем направлениям.

Ольга Хмара
Ольга Хмара
22.04.2013 19:47

Я за мир во всём мире, но как квалифицировать литературные пародии, основанные на сдвигах и звукописи? Ой ты гой еси царь батюшка,Сруби лихую голову! Или вот ещё: Ах, у Инбер, ах, у ВерыЗавитушек полон лоб.Завитушек полон лоб, Всё глядел бы на неё б… Таким примерам числа несть. Как быть с… Читать далее »

Кудесник
Кудесник
23.04.2013 03:25

Чудеса с этим так называемым матом. Почему про детородные органы говорить нельзя, а про куда более неприятные пахучие слова можно?
Почему жаргонные слова не считаются непечатными, а слова русских предков, которые даже на бересте писались считаются запретными…

Ох не спроста эти чудеса в Руси…

Гость
Гость
23.04.2013 16:15

…и все респонденты, высказавшиеся здесь в защиту чистоты печатного слова, не матюкаются, ни боже ты мой… Мне даже ни разу не привелось этого слышать, не подумайте…