Когда-то давно, еще во времена перестройки, на нас, зрителей, робко смотрела с голубых экранов рабыня Изаура, героиня единственного сериала, за которую переживала вся страна. Но времена меняются – нынче размах другой. Каналы транслируют сериалы пачками. Несмотря на обилие подобного рода продукции, тематика многообразием не отличается. На одном канале любовные страдания, на другом – криминал, на третьем и четвертом – что-то отдаленно напоминающее юмор. Лучом света в тёмном царстве на этом фоне казались многосерийные фильмы Владимира Бортко «Идиот» и «Мастер и Маргарита». Впрочем, они тоже в прошлом. Страсти утихли, вернулась тишь и гладь. До тех пор, пока не появился сериал «Школа».

Фото с сайта shkola-serial.ru

Уберите быстрее, зачем нам эти проблемы? Мы не хотим этого знать. У нас ведь как: «человек собаке друг», «неразлучные друзья – взрослые и дети». И только между подростками и взрослыми – стена непонимания. Потому что понимание – это работа над собой, признание собственных ошибок и недостатков. Но часто мы приходим домой, чтобы забыться, а не пообщаться. Кидаем собственным чадам, как косточку, «Привет, как дела в школе?» и утыкаемся в телевизор. А когда обнаруживается, что у подрастающего чада проблемы, понимаем, что виноваты друзья, улица, да кто угодно, только не мы. Телевидение, транслирующее сериал «Школа», виновато тоже.

Ведь там показывают, что подростки дерутся, курят, пьют и даже (шепотом) занимаются сексом. Да наши дети никогда бы об этом не помыслили даже, если бы не телевизор, улица, школа. Так и хлопали бы ангельскими крыльями на радость родителям, дедушкам и бабушкам.

Откровенно говоря, я смотрела сериал не с самого начала. Довелось увидеть только несколько серий. Валерия Гай Германика, автор сериала, – самый молодой русский призер Каннского фестиваля. Как проблематика сериала, так и, к примеру, операторская работа, по сути, антигламурны и, как следствие, несколько нетрадиционны для нашего телевидения. Кажется, что с камерой управляется новичок: ходит за героями, фиксирует события. Одним из первых этот метод съемки начал использовать знаменитый датский режиссер Ларс фон Триер, чтобы усилить достоверность и эффект воздействия на зрителя. Валерии Гай Германике, на мой взгляд, это тоже удается. Тем не менее, лично меня в сериале ничто не покоробило. И можете считать меня прожженным циником. Я увидела разных людей – подростков, родителей, педагогов – со своими проблемами, со сложностями во взаимоотношениях.

Было интересно, как герои ведут себя в трудных ситуациях, увлекало развитие сюжета. Я вспомнила свои школьные годы чудесные и наши подростковые проблемы. Они были несколько другими. Но четкого соответствия быть и не должно, чай не документальный фильм смотрим. И вроде ясно, что сериальная школа – образ собирательный. Но не понимаем. Учителя и ученики школы, в которой ведется съемка, выступили с протестом: «Не правда, у нас все не так, мы хорошие!» Не вижу причин для недоверия, они, может, и такие.

Но во многих школах нашей необъятной Родины дела обстоят совсем иначе. Правда, некоторые об этом не знают и считают, что всему плохому наши чудесные подростки научатся, именно смотря сериал. А как же, у них ведь своей головы нет. Депутат Госдумы от КПРФ Владислав Юрчик предложил потребовать от руководства Первого канала прекращения показа сериала, назвав последний «провокацией и диверсией против детей». Коммунисты встрепенулись и оказались в кои-то веки солидарны с православной церковью. РПЦ тоже переживает за светлый образ нашей школы и подрастающего поколения. Глава синодального отдела Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерей Дмитрий Смирнов считает, что показанное в «Школе» «глубоко отвратительно и вредно для душ молодых людей».

Они считают, что подростки должны учиться на хороших примерах. Смотреть сериалы про то, как патриотичные бойцы спецназа мочат негодяев в сортирах и других общественных местах. А в перерывах читать классику и ходить на секцию по вольной борьбе. РПЦ в отношении запретов уже, кстати, имеет немалый опыт. В одном только Сыктывкаре богопротивную выставку Рериха в феврале прошлого года запретили, а еще раньше постановку «Сказки о попе и работнике его Балде» не дозволили показывать в Музтеатре. Все о пастве пекутся. Я их иногда очень даже хорошо понимаю. Мне тоже иной раз хочется запретить своему ребенку орать, прыгать, таскать конфеты без разрешения. Исполнял бы он все мои команды, как робот, я б зажила припеваючи.

Но так не бывает. Дети взрослеют, становятся личностями. А родители по-прежнему требуют послушания. И общаются методами запретов, потому что так проще. Увы, взаимопониманию это не способствует. Можно ли объяснить тем, кто так настаивает на запрете «Школы», что подросткам особенно ненавистны проявления ханжества и лицемерия? Не знаю.

А может, действительно, убрать сериал, и подростковые проблемы исчезнут. Ведь мир исчезает, когда мы закрываем глаза.

То, что показывают в сериале, – ложь?

Елена Мезенцева, первый заместитель руководителя агентства «Комиинформ»:

- О школе у меня самые светлые воспоминания. Конечно, именно в школе была и первая сигарета, и первая рюмка - на то он и подросток, чтобы всё пробовать. Были конфликты с учителями. Но ведь были и день самоуправления, и вечера советско-болгарской дружбы, и многое другое. И первая любовь была – как без нее? Когда дочь стала школьницей, я, наверное, замучила ее воспоминаниями: «А вот мы в свое время...»

Дмитрий Осипов, менеджер по продажам:

- Нет, в наше время такого, что показывает сериал «Школа», конечно, не было. Да, курили, пили пиво, дрались на уроках, но это просто был мальчишеский бунт. Когда я заканчивал 11-й класс в 2005 году, даже мы, старшеклассники, стремались выйти покурить во двор школы, приходилось скрываться за рядом стоящим зданием. А в сериале школьники курят прямо на глазах учителей и даже в школе, что выглядит неправдоподобно.

Лариса Ладохина, директор республиканского Центра социальной помощи семье и детям:

- Я считаю, что в таком виде сериал не должен существовать. Вы посмотрите, в фильме полностью унижается авторитет учителя! Да, правда жизни в этом сериале есть. Я бы сказала сильно «оголенная» правда, в утрированном виде. Не все же учителя такие, как в сериале?! А тут в одном месте сконцентрированы все пороки. Дети не всегда умеют «фильтровать» информацию, отличать черное от белого. В итоге «чернуха» в сериале влияет на их поведение не самым лучшим образом.

Родион Коробейников, начальник отдела молодежной политики Министерства образования и ВШ РК:

- Я считаю, что если показывать такую нехорошую сторону жизни молодежи, то как альтернативу нужно показать и положительную. Показывать только черную сторону – неправильно. Есть закон педагогики: воспитание должно проводиться на положительных примерах. Однозначно, что этот сериал не для детей.

Сергей Терентьев, музыкант:

- Это, конечно, не правда, но похоже на правду, насколько вообще может быть правдоподобным кино – ведь даже многие исполнители главных ролей в сериале явно уже не школьного возраста.

Ничего сверхъестественного я там не увидел. В каких-то школах возможны и такие отношения между учениками и учителями, в каких-то это совершенно невозможно – школы все разные и люди разные. Хамство и сквернословие стало уже общим местом. А уж между самими школьниками чего только не бывает. Школьные годы – они ведь не только «прекрасные», но и ужасные по-своему.

В любом случае не нужно путать кино и жизнь. Так называемое реалистичное кино всегда – жалкое подобие жизни. Реальная жизнь, в том числе и школьная, намного интересней, ярче и непредсказуемей любого кино, причём и в положительных, и в отрицательных проявлениях. И какую бы «чернуху» ни показали на экране, в жизни найдётся ещё большая «чернуха». В «Литературной газете» описывался случай, как отличник забил насмерть молотком любимую учительницу за то, что та поставила ему «4» за четверть. Ну в каком сериале такое придумаешь? Тут Достоевский нужен.